Если вы заметили ошибку, опечатку, или можете дополнить статью — правьте смело! Сначала необходимо зарегистрироваться (быстро и бесплатно). Затем нажмите кнопку «править» в верхней части страницы и внесите изменения. О том, как загружать иллюстрации, создавать новые статьи и о многом другом можно прочитать в справке.

Гомбожаб Цэбекович Цыбиков

Материал из Товики — томской вики
Перейти к: навигация, поиск
Студент Томского университета
Гомбожаб Цыбиков.
Фото 1894 года
Символ Бурятии

Гомбожа́б Цэ́бекович Цы́биков (монгольск. Цэвэгийн Гомбожав) ( (7) 20 апреля 1873, с. Урдо-Ага, Агинская волость[1], Забайкальская область, Российская Империя — 20 сентября 1930, село Агинское[1], Бурят-Монгольская АССР, РСФСР, СССР) — учёный-философ, видный культурный и общественно-политический деятель национального движения бурят-монгольского народа периода революций в России. Путешественник-исследователь, этнограф, востоковед (тибетолог и монголист), буддолог, государственный деятель и деятель в системе образования Российской Империи, Дальневосточной Республики, СССР и МНР; переводчик и профессор ряда университетов.


Прославился также как первый известный фотограф тибето-буддийской столицы Лхасы и Центрального Тибета, и как автор описания путешествия в Тибет в 1899—1902 гг., переведённого на ряд языков мира.


Учился в Томске в Императорском Университете.

Имя

В работах Цыбикова, как в дореволюционных, так и советского времени, встречается двоякое написание им своего имени: как Гомбочжаб и Гомбожаб. Они отличаются тем, что первое отражает тибетско-старомонгольское произношение через «н» и «чж», а второе — нацинальное бурятское.

Другие варианты написания фамилии и имени:

  • вариант фамилии: Монтуев. Так первоначально под именем Гомбо Жап и «русифицированной» фамилией Монтуев поступил в Читинскую гимназию. Здесь следует отметить, что чиновники Российской Империи, в том числе работники школ и училищ, были склонны определять фамилию ребёнка по фамилии его отца (в данном случае это Монтуев Ц.М.). Однако в бурятской (как и в курской и ряда других губерний) традиции принято фамилию ребёнка формировать от имени отца, то есть по отчеству. Поэтому уже через год учащийся Читинской гимназии всё-таки станет Гомбожабом Цыбиковым. (см. Т. Константинова «Намерен продолжить образование», газета «Забайкальский рабочий», № 87 (23858));
  • варианты написания фамилии, встречающиеся в литературе: Цибиков, Цыбиковъ;
  • варианты написания имени: Гомбочжаб, Гонбочжаб, Гомбожав, Гомбожап, Гомбо Жап, Гомбо;
  • также см. написание на разных языках в разделе Библиография.

Биография

Происхождение

Генеалогическое древо Цыбикова
                     ┌──Мункэ
                ┌───Энхэ
           ┌───Гомбо
      ┌───Мунтуу (р.1817)
 ┌───Цэбек Монтуев (р.1839)
Гомбожаб Цэбекович Цыбиков(1873-1930)
 └───Долгор Шагдарова 
Гомбожаб Цыбиков родился в традиционно буддийской бурятской семье. По месту происхождения его семья принадлежит к забайкальским агинским бурятам. Согласно родоплеменному делению бурятского народа, его семья принадлежит к хоринским бурятам, а именно — к хоринскому племени кубдут, роду нохой кубдут (т.ж. нохой хүбдүүд, нохой хүгдүүд). Высокая детская смертность, характерная в прошлом для населения Аги, не обошла семью Цэбека Монтуева. Два первых сына его умерли вскоре после рождения. И, когда появился на свет третий, радость отца и матери не знали границ. Появился наследник, продолжатель рода, горел очаг семьи! Ребёнку было дано имя Гомбожаб, которое означает пожелание особого, как бы двойного счастья.

Образование

Отец будущего учёного кочевник-скотовод Цэбек Монтуев самостоятельно изучал монгольский и тибетский языки и был избираем земляками на общественные должности. У Гомбожаба были четыре сестры. Они вспоминали, что ещё в детстве, когда их брали родители, ездили с братом в Агинский дацан, до которого было около двадцати вёрст. Агинский буддийский дацан, построенный между 1811—1816 гг., в годы юности Гомбожаба был в расцвете, имел много духовных служителей и совершал пышные отправления ламаистских обрядов по тибетскому типу.

Агинские ламы советовали матери Долгор Шагдаровой настраивать сына Гомбожаба на обучение в буддийский дацан, но Цэбэк Монтуев был иного мнения. Он решил выучить сына русской грамоте и минимум двум европейским иностранным языкам и в этом решении был непреклонен. Матери не пришлось порадоваться успехам сына. Смерть матери потрясла Гомбожаба, он стал намного взрослее, все его увлечения в детстве отличались серьезностью. Важным событием в жизни Гомбожаба Цыбикова стало поступление в Агинское приходское училище, открытое в 1842 году, единственное на всю огромную территорию Аги. В училище одним из преподавателей мальчика стал видный бурят-монгольский просветитель Буда Рабданов.

После успешного окончания Агинского училища Г. Цыбиков (первоначально под именем Гомбо Жап Монтуев) поступил в Читинскую гимназию, которую окончил с серебряной медалью за отличие и прилежание в учёбе. Известно, что заслуженной им золотой медалью тогда отказал награждать «инородца»[2] военный губернатор края Е.И. Мациевский. Тем не менее для продолжения образования Г. Цыбиков был всё-таки награждён Высочайше (то есть самим Императором Всероссийским Александром III) утверждённой 21 января 1889 года Стипендией имени генерал-адъютанта барона Андрея Николаевича Корфа. На основании 5-го пункта стипендии от 2 июля 1893 года, решением педсовета училища он был признан достойным продолжать своё образование в Томском Сибирском Императорском университете.

Здесь по собственному выбору он поступил на медицинский факультет, один из 5 лучших центров медицинского образования Российской Империи того времени. Через год он уехал из Томска. Этому способствовало то обстоятельство, что в Томске проездом оказался известный бурят-агинский врач и политик Пётр Бадмаев. Который уговорил студента Цыбикова бросить медицину и заняться востоковедением. Гомбожаб согласился и уехал в монгольскую столицу Ургу, где в созданной П. Бадмаевым школе для бурят-монголов изучал иностранные языки, в том числе — китайский, монгольский и маньчжурский. Это было подготовкой к поступлению в столичный Санкт-Петербургский Императорский университет.

В 1895 году, на стипендию П. Бадмаева, Г. Цыбиков поступает на восточный факультет Санкт-Петербургского Императорского университета. Среди его преподавателей — такие известные востоковеды, как А.М. Позднеев и другие. В дальнейшем Бадмаев получает указание обратить своих стипендиатов в православие. Цыбиков сохраняет приверженность буддизму и поэтому теряет стипендию. Он продолжает учёбу благодаря поддержке земляков. В 1899 году он оканчивает Университет с золотой медалью и дипломом первой степени.

В 1897 году Г.Ц. Цыбиков принял участие в работе комиссии А.Н. Куломзина по исследованию землепользования и землевладения в Забайкальской области. Это было его первое научное исследование. Полевые наблюдения и собранные материалы вышли в числе Материалов Комиссии Куломзина в 1898 году.

Путешествие в Тибет

В ходе геополитической «Большой Игры» Британской и Российской империй, отечественная дипломатия, культурное и идеологическое влияние в Высокой Азии вышли на рубежи Тибета. Была организована серия исследовательских экспедиций в эти таинственные края, в первую очередь Николая Пржевальского, но они не достигли Центрального Тибета и буддистской столицы — Лхасы. Опираясь на опыт индийских «пандитов» — британских агентов и исследователей, Санкт-Петербургская академия наук и Министерство иностранных дел Российской Империи обратило внимание на обычай паломничества отечественных бурят-монголов и калмыков в Тибет. Г.Ц. Цыбиков отправился в путешествие в Тибет в группе паломников, с тщательно спрятанным исследовательским и фотографическим оборудованием. Путешествие длилось с 1899 по 1902 год. Собственно в Тибете исследователь провёл 888 дней. Большую часть этого срока (с 1900 по 1901 годы) Цыбиков находился в столице Тибета – Лхасе и окрестных монастырях.

Здесь он посетил важнейшие монастырские центры, тайно сделал около 200 уникальных фотографий (фотографирование в Тибете было категорически запрещено законом) и даже удостоился аудиенции Далай-Ламы XIII. Аудиенция носила формальный характер.

Проникновение в Тибет для иностранцев (не жителей Китая и Монголии) было запрещено. Нарушение запрета могло караться смертью. До Цыбикова такие путешественники, как Н.М. Пржевальский, потерпели неудачу в своей попытке пройти до тибетской столицы.

Фотографирование и ведение дневника производилось Цыбиковым тайком, под угрозой быть обнаруженным. Интересно, что фотографирование (через прорезь молитвенной буддистской мельницы) он скрывал и от второго российского исследователя, калмыка Овше Норзунова, приехавшего в Лхасу в конце 1900 года в свите Агвана Доржиева. Овше Норзунов также делал фотографии буддийского Тибета.[3]

В 1905 году Гомбожаб Цыбиков и Далай-Лама встретились снова, на этот раз в столице Монголии, где Далай-Лама встречался с российскими политиками и учёными в ситуации оккупации Тибета британскими войсками под командованием полковника Ф. Янгхазбенда. Здесь Цыбиков выступил в качестве переводчика между представителями Российской Империи и Далай-Ламой.

Одновременно буддист-паломник и служитель науки, Г.Ц. Цыбиков после своего путешествия посвящает себя преподавательской деятельности и проекту перевода фундаментального труда «Ламрим» тибетского учёного Чже Цонкапы (Цзонхавы).

В эти годы только что созданный Восточный институт Владивостока возглавил доктор монгольской и калмыцкой словесности А.М. Позднеев, создав при этом из сравнительно молодых выпускников Санкт-Петербургского Университета первый центр практического востоковедения России. «Не имея ни проверенных опытом планов, ни испытанных программ своего преподавания», преподавателям пришлось самостоятельно разрабатывать методику преподавания, писать учебные пособия, поскольку их попросту не существовало. Г.Ц. Цыбиков был приглашён на кафедру монгольской словесности, и возглавлял её с 1906 до 15 октября 1917 г. Помимо ряда хрестоматийных сборников, Г.Ц. Цыбиков выпустил в этот период «Пособие для изучения тибетского языка», где он собрал и обобщил материал по разговорной тибетской речи. Этот учебник выдержал три переиздания и как в Российской Империи, так и в СССР оставался единственным учебником разговорного тибетского языка, созданным отечественным автором.

В 1902–1917 годах профессор Восточного института во Владивостоке Г. Цыбиков совершил четыре путешествия в соседние китайские и монгольские провинции. Затем научная и педагогическая деятельность в Агинске, Верхнеудинске, Иркутске. При этом Цыбиков проявил себя как яркий учёный, просветитель и педагог. Современники отмечали, что в жизни Гомбожаб Цыбиков был человеком простым в общении, немногословным, невысокого роста, был чуть-чуть рассеян, категорически не употреблял спиртного, не курил. По утрам, встав чуть свет, он, по свидетельству очевидцев, сразу же садился за книги. Многократно приезжая потом на свою «малую родину», в Агу, он обычно одевался в бурятскую одежду: зимой в шубу, летом в лёгкий халат сине-белого шёлка.

Гражданская война: Бурятская автономия и ДВР

Известно, что ещё в студенческие годы Г. Цыбиков в Томске и в Санкт-Петербурге знакомится с марксистской, социалистической революционной литературой. В 1917 году он является членом Забайкальской организации партии социалистов-революционеров, состоит в бурят-монгольской ячейке. Активно занимается вопросами национальной самоидентификации, аутентичности, государственности бурятского народа.

В силу значительных изменений в политическом устройстве России и сибирско-дальневосточного региона в период с поздней осени 1917 и до 1930-х гг. и в связи с последующими репрессиями, коснувшимися большинства коллег и соратников, деятельность Г. Цыбикова в государственных образованиях в 1917—1920 гг. упоминается как значительная, но не раскрывается в публикациях советского времени: группа национальных бурятских лидеров в РСФСР будет отнесена к не-ленинской когорте деятелей и информация об них будет умалчиваться.

Ещё до революций 1917 года Г. Цыбиков активно сотрудничает с бурятскими национальными деятелями, ведущими работу по формированию бурят-монгольской автономии. В 1917 году в Верхнеудинске заседал общебурятский съезд, на котором был образован Народно-революционный Центральный Национальный Комитет бурят-монгол Восточной Сибири (Бурнацком) — первый высший орган власти бурят-монгол на территории Российской Империи. Бурнацком стал объединением главной интеллектуальной элиты бурятского народа, выступившей за самоидентификацию и самоуправление. В их числе были эсеры-народники М.Н. Богданов, Э.-Д. Ринчино, Ц. Жамцарано, Д. Сампилон, Г. Цыбиков[4], Б.В. Вампилон, Пётр Дамбинов и другие. Не было в руководстве Бурнацкома только бурятов-большевиков, которые группировались вокруг Иркутского губкома РСДРП(б) и Центросибири — органа координации действиями большевистских организаций за Уралом. В Иркутске находился отдел Бурнацкома, избранный на губернском съезде бурят в апреле 1917 года, в Чите — орган Бурнацкома газета «Голос бурято-монгола». Бурнацком в 1917 году становится авторитетной национально-политической силой российских бурят-монголов. Под влиянием Бурнацкома бурят-монголы и сибирские калмыки поддержали тогдашнее правительство России — Временный комитет Государственной думы, позже — Временное правительство Российской республики («Правительство Керенского»). Временное правительство предоставило Бурнацкому самую широкую автономию. На всероссийских выборах в Учредительное собрание буряты проголосовали за кандидата от Бурнацкома Михаила Богданова. Он и представлял в высшем представительном органе страны свой народ. О горстке иркутских бурят-большевиков и их предводительнице юной Марии Сахьяновой в 1917 году соплеменники знали мало или вообще ничего пока не знали.

Бурнацком выступал за создание бурятских аймаков, учреждение земского управления, развитие светского образования и культуры. Бурнацком считал, что должно быть образовано правительство, состоящее из представителей всех социалистических партий Восточной Сибири, с чем не согласны были большевики, после Октябрьской революции взявшие курс на монополию власти исключительно за собой.

Бурнацком, в рамках совершенствования системы местного самоуправления, формирует структуру административного управления бурятским населением: создаются сомонные (сельские), хошунные (волостные), аймачные (уездные) комитеты по типу советов разночинных депутатов. 13 июня 1917 года руководитель Бурнацкома Э.-Д. Ринчино направил письмо в адрес Временного правительства на имя председателя Совета Министров и министра внутренних дел Г.Е. Львова и министра земледелия В.М. Чернова телеграмму, в которой говорилось: «Мы, буряты Восточной Сибири, со времени присоединения к России пользовались самоуправлением, имели свое управление, свой суд, свою землю, заселять которую никто не имел права помимо нашей воли. При Плеве и его преемниках наше национальное самоуправление было насильственно уничтожено, земли отобраны в казну, что разрушило основные устои общественной жизни, распылило бурятскую массу, создало острое малоземелье, вызвало усиленную эмиграцию бурят в соседнюю одноплеменную Монголию». В телеграмме содержалась просьба санкционировать схему самоуправления, определенную Бурнацкомом.

В событиях Октябрьской (1917) революции Г. Цыбиков принимает участие в качестве члена Бурнацкома, который способствует установлению власти большевистских Советов в Забайкальской области. Бурнацком сотрудничает с лидерами РСДРП(б) в вопросе создания нового органа управления Забайкальем — Военно-революционного комитета (ВРК) и формирует штаб на Даурском фронте, создаёт вооружённые формирования — бурят-монгольские части Красной гвардии (Улан-Цагда), которые практически сразу стали всего лишь отрядов самообороны аймаков. Появились разногласия между этими социалистическими течениями: Бурнацком не соглашался с теорией красного террора, которая на байкальских землях стала реализовываться как крушение буддийских монастырей — дацанов. Бурнацком не стремился к советизации аймаков и хошунов (большей частью лишь имитируя советские органы власти) и сумел сохранить относительную автономию. В марте 1918 года, в условиях советской власти, на 3-ем областном съезде сельских депутатов Забайкальской области (высший орган Бурнацкома) в Чите бы­ло принято решение об утверждении существующих у бурят-монгол административно-хозяйственных и культурно-просветительских органов национального самоуправления, работающих под руководством Бурнацкома в контакте с советской властью. На этом съезде наибольшую активность в качестве лидера и идеолога проявил Гомбожаб Цыбиков.

Весной 1918 года в Сибири разгорелась Гражданская война.

После падения первой волны органов диктатуры большевиков в Сибири (лето 1918), Бурнацком поддерживает связи с социалистами Сибири, в том числе с правительством областников, сформированным в Томске. После замены этого правительства директорией Колчака Бурнацком также пытается лавировать в интересах возможности формирования бурятской государственности, комитет, в частности, поддерживал ранние инициативы атамана Семёнова (в первую очередь о недопущении расказачивания), который сам в 1918 поддерживал идеалы бурятской автономии. Также к Бурнацкому лояльно относился и правитель Александр Колчак, что, впоследствии при новой диктатуре большевиков, будет вменено в вину бурятским социалистическим националистам. Однако внутри самого Бурнацкома сотрудничество с белыми вызвало раскол. Часть членов Бурнацкома в знак протеста вышла из его состава. Путем лавирования и компромиссов с новой властью Бурнацком под руководством либеральных лидеров национально-демократического направления стремился форсировать создание национальной автономии, которая не только объединяла бы все бу­рятское население Иркутской губернии и Забайкалья, но и об­ладала бы строго очерченной территорией, в границах которой органы самоуправления имели бы весьма широкую юрисдикцию. В результате Бурнацком занимался не только про­блемами национальной культуры, но и стремился установить кон­троль органов самоуправления в сфере экономики (в частности М.Н. Богданов разрабатывал проект земельной реформы, а Э.-Д. Ринчино — налоговой) и политики. Так, Бурнацком при­нимал энергичные меры по защите бурятского населения от противоборствующих военных сил в развернувшейся в Забайкалье Гражданской войне. В ноябре 1918 на общебурятском съезде в Верхнеудинске Бурнацком был переименован в Бурятскую народную думу (Бурнардуму). Фактически национальное движение развивалось в направлении повышения политического статуса бурятского само­управления, а его лидеры стремились к созданию бурятской моноэтничной автономии. Осенью 1919 Бурнардума была фактически разгромлена из-за несогласия с политикой атамана Семёнова. После чего атаман Семёнов, без суда и следствия, казнил М.Н. Богданова и отдал распоряжение об аресте и казни Э.Д. Ринччино (который успел уйти в подполье). Разгром Бурнардумы прошёл не смотря на то, что за неё и за Э.-Д. Ринчино перед Семёновым заступился сибирский белогвардейский лидер барон Унгерн. Однако официально и окончательно Бурнацдума объявила о своём роспуске лишь в октябре 1920 года. Ранее, с января 1920 года в Иркутской губернии и Забайкальской области была ликвидирована власть директории Колчака: части 5-й Красной Армии взяли Иркутск и Верхнеудинск. Бурятские территории оказались разделёнными по мирному соглашению между РСФСР и Японией: запад (Иркутская губерния) отошли к РСФСР; восток (Забайкальская область и территории Дальнего Востока) стали буферным государством Шаблон:Дальне-Восточная Республика (ДРВ) с политически смешанным составом правительства. Здесь были и красные, и белые, и представители Бурнацкома (в том числе — Г. Цыбиков), и наблюдатели от командования Японской оккупационной армии. Японская дипломатия проявила живейший интерес к теме бурятской автономии, восточные империалисты рассчитывали на политику раскола бывшей Российской Империи по национальным «квартирам»[5].

Следует отметить, что в 1919 году часть лидеров Бурнацкома и командиров отрядов бурятской Улан-Цагда создали несколько партизанских отрядов, воевавших против семёновцев и колчаковцев. Этот факт бурятских партизанских отрядов будет поднят позднее большевиками как пример героической борьбы большевистского подполья против белых и лидеры Бурнацкома не сразу попадут в молох новой красной диктатуры. Историки современности также отмечают, что кроме красных в те годы были и белые бурятские вооружённые силы, Семёнов сформировал несколько частей из местного населения, придав им статус казацкого сословия: полки бурят-казаков.

В 1919 году, во время Гражданской войны, Академия наук Советской России, несмотря на «бумажный голод» и разруху, издаёт небольшим тиражом книгу Г.Ц. Цыбикова «Буддист-паломник у святынь Тибета», считая её важным документом и материалом для исследователей-востоковедов.

После «иркутского переворота» лидер Бурнацкома Э.-Д. Ринчино становится одним из лидеров власти красных в Прибайкалье, от Иркутского губкома РКП(б) и Военно-революционного комитета он назначен помощником начальника штаба красных партизан в селении Кульском Хоринского аймака, восстанавливает главенствующую роль РКП(б) в районах, взятых Красной Армией. Это придаёт вес бывшей Бурнацдуме и большевики не спешат с ликвидацией его и других лидеров бурятского национального движения. В это время Г. Цыбиков, проживая в столице этой республике в городе Владивостоке, продолжает заниматься вопросами идеологии бурятской автономии и формированием трёх уровневой системы образования ДВР.

Формирование системы образования в РСФСР и МНР

После взятия Владивостока Красной Армией и ликвидации буферной республики ДРВ, Гомбожаб Цыбиков официально уходит из политической деятельности и из членства в партиях, возвращается на родину в Агу. Однако вскоре его вовлекают в формирование новой системы начального, среднего и высшего востоковедного и педагогического образования в Сибири, в том числе в Бурят-Монгольской АССР в составе РСФСР (1922—1930). Он — один из создателей Буручкома и профессор Иркутского государственного университета. В своих речах и трудах Цыбиков выступает за единение с великим русским государством с автономией бурят, идентифицирует себя как русского учёного.

Кроме подготовки педагогических кадров и обсуждения новой для страны концепции всеобщего образования, учитывающего национальную специфику (в том числе собственно графику бурятского языка), Цыбиков выступил автором ряда учебников бурятского языка. Важной вехой в жизни стала командировка Цыбикова от Буручкома в революционную Монголию[6], где кадры, ответственные за образование, также находились перед задачей создания своей национальной системы всеобщего образования. Как отмечал Г. Цыбиков в дневнике поездки, специалисты правительства МНР не имели опыта подобной деятельности, всю систему образования пришлось создавать что называется «с нуля», с самого начала.

Последние годы

Ближе к концу жизни Гомбожаб Цыбиков отходит и от общественно-просветительской деятельности, становится простым скотоводом, ведёт своё небольшое животноводческое хозяйство. Отшельничество отчасти было связано с тем, что забайкальские большевики М. Сахьянова и М. Ербанов (последнего, в качестве вождя новой советской Бурятии тов. Сталин называл «Орлом Востока») в конце 1920-х гг. начали кампанию уничижительной критики Бурнацкома и обвинили его лидеров в панмонголизме. Эта пропагандистская кампания имела печальные последствия и через какие-то 10 лет (доживи и Г.Ц. Цыбиков до 1938) все Бурнацкомовцы-«панмонголисты» будут расстреляны в ходе сталинских репрессий. По злой иронии судьбы в мелкобуржуазном бурятском национализме и в пресловутом «панмонголизме» в то же время будут объявлены все большевики — руководители Советской Бурятии, включая её вождя Михея Ербанова. После разгрома бурятской национальной элиты (как большевиков, так и отошедших давно от политики либералов), бурятские земли будут вновь разобщены на несколько разных территорий — в Иркутской области (западные буряты), в Бурятии и в Аге Читинской области (восточные буряты). Часть бурятов окажется в Якутской АССР. Сталинская власть также предпримет все меры по дистанцированию советских бурят от их социалистических собратьев в суверенной Монголии. Расстрелы в иркутской тюрьме НКВД в 1938 году сравняют идеологических противников, — как идеологов Бурнацкома, так и большевистских руководителей БМАССР. Гомбожаб Цыбиков не дожил до мрачных времён ГУЛАГа.


Умер Г.Ц. Цыбиков 20 сентября 1930 года на 57-м году жизни. Говорят, что, умирая, он попросил поставить рядом с ним часы…

Похоронили профессора Цыбикова в селе Агын-Булагтуй Агинского района[7].

В административном центре Аги посёлке Агинское, в память о известном политике, философе и просветителе, уже в 1970-х гг. был установлен памятник, на пьедестале которого написано:
Гомбожаб Цыбиков (1873—1930) Русский путешественник, исследователь Тибета.

Вскоре после смерти Цыбикова в 1930 году его голова была похищена из погребения. Содеянное, согласно духу времени и прижизненной устной традиции о «голове в форме габалы» (ритуальной чаши, непременного атрибута многих тантрических практик), приписывается ламаистам-язычников, таким образом стремившихся вобрать в себя силу и мудрость великого человека[7].


В период 1930-х — 1950-х годов советско-партийная номенклатура (совчиновничество) предприняла меры по забвению памяти о всех лидерах бывшего Бурнацкома и лиц, обвинённых в 1930-е в панмонголизме. Только после развенчания культа личности Сталина и посмертной реабилитации (как незаконно репрессированных) расстрелянной в 1938 году советской (М. Ербанов, Э.-Д. Ринчино и др.) и интеллигентской (идейные лидеры Бурнацкома) бурятской элиты было снято негласное табу и с имени Г. Цыбикова. На его родине в Аге и в Бурятской АССР стали восстанавливать память выдающегося философа, просветителя и путешественника.

Награды

За заслуги перед Отечеством, был награждён орденами Российской Империи:

Удостоен высшей награды Русского Географического Обществапремии имени Н.М. Пржевальского.

Нет информации о наградах ДРВ, РСФСР и МНР. (?)[8]

Дополнения к биографии

Дань памяти

  • 1961 год: в посёлке городского типа Агинское основан Окружной краеведческий музей имени Гомбожаба Цэбековича Цыбикова. Целый зал отведен экспонатам и документам путешественника и просветителя.
  • 1971 год: вышла документальная повесть, посвящённая путешествию Г.Ц. Цыбикова:

Парнов Е.И. Бронзовая улыбка. // первое изд.: Бронзовая улыбка: Документальная повесть. — М., Мол. гвардия, 1971. (Также см. в издании: Собрание сочинений в 10 томах. Том 10. Атлас Гурагона. Бронзовая улыбка. Корона Гимал. Терра. — М.: Книжный клуб, 1999. Твёрдый переплет, 416 стр. ISBN 5-300-02424-4, 5-300-01818-X )

Интересные факты

  • Hallmark for National Geographic: история журнала «National Geographic» как мы его знаем (то есть издания, где текст второстепенен по отношению к фотографиям), началась с публикаций в январе 1905 года первых в мире фотографий из тибетских путешествий Г. Цыбикова и О. Норзунова, переданных безвозмездно в неизвестный тогда журнал. Это было первое географическое издание в мире, рискнувшее посвятить «картинкам» целый ряд разворотов. Сделано это было редакцией из-за нехватки текстовых материалов, так как журнал находился в тот момент на стадии банкротства. Только публикация снимков таинственного Тибета впервые принесла изданию успех и широкую популярность. National Geographic ©, как всемирно известный бренд, начался именно с этой публикации.[10][11]
  • Цыбиков — один из символов гордости бурятского народа как «первый бурятский профессор». В качестве деятеля образования и просвещения он заслужил множество тёплых отзывов коллег и студентов и является одним из символов самоопределения бурят как народа, для которого образование является важной частью самоидентификации и аутентификации.
  • Тот факт, что Гомбожаб Цыбиков был одним из ряда образованных бурят-хоринцев при строительстве системы образования в Бурятии, возможно, повлиял в дальнейшем на выбор хоринского диалекта в качестве устной основы для создания бурятского литературного языка с использованием кириллической письменности. Однако сам Цыбиков изначально был консервативен в данном вопросе, не желая отказываться от традиционной монгольской письменности (с возможными вариантами) в пользу латинской, которая впоследствии в сталинскую эпоху была заменена кириллицей.

Версии и догадки

  • Визит Цыбикова в Лхасу, возможно, был поддержан Агваном Доржиевым, находившимся тогда при дворе Далай-Ламы XIII. Описание путешествия в Тибет не даёт имён никого из ряда монахов Тибета — земляков Цыбикова, оказывавших ему поддержку по прибытии.

Сочинения

Труды Г. Цыбикова основные

На русском языке

  1. т.1 Буддист-паломник у святынь Тибета.
  2. т.2 О Центральном Тибете; О монгольском переводе «Лам-рим чэн-по»; Цзонхава и его сочинение «Лам-рим чэн-по»; Материалы к русскому перевода «Лам-рим чэн-по»; Дневник поездки в Монголию в 1895 г.; Дневник поездки в Китай в 1909 г.; Дневник поездки в Ургу в 1927 г.; Забайкальское бурятское казачье войско; Культ огня у восточных бурят-монголов; Цагалган; Шаманизм у бурят-монголов; О национальных праздниках бурят; Монгольская письменность как орудие национальной культуры.
  • Цыбиков Г.Ц. Буддист паломник у святынь Тибета. Издательство: Издание Русского Географического Общества. — Петроград, 1918. (1919) 482 с.
    • Переиздавался репринтом в 1968—1975 гг. в Великобритании с данными: (репринт русского издания) Buddhist Pilgrim at the Holy Places of Tibet (1971-05) ISBN 0-576-03102-X Gregg Publishing. — Farnborough, 1970.
  • Цыбиков Г.Ц. Буддист-паломник у святынь Тибета. — М.: Ломоносовъ, 2011. — 344 с. ISBN 978-5-91678-113-7

Переводы на русский язык

  • Цыбиков Г.Ц. (ред., пер.) Лам-рим Чэн-по (Степени пути к блаженству). Соч. Цзонхавы в монгольском и русском переводах. 1. Низшая степень общего пути. Вып. 2. Русский перевод с предисловием и примечанием. — Владивосток, 1913.
  • Цыбиков Г.Ц. (ред., пер.) Лам-рим Чэн-по (Степени пути к блаженству). Соч. Цзонхавы в монгольском и русском переводах. 1. Низшая степень общего пути. Вып. 1. Монгольский перевод «Боди мури йехэ цзэргэ». — Владивосток, 1910.

На английском языке

  • Tsybikoff, G.Ts. Lhasa and Central Tibet // Smithsonian (Washington D.C. National Museum) Report for 1903, Pages 727—746. Publication 1534 / Washington: Government Printing Office, 1904. Soft Board. Staple-fold Booklet. 8vo — over 7¾" — 9¾" tall. illustr. with 7 plates.
  • Tsybikoff G. Journey to Lhasa. // The Geographical Journal, Vol. XXIII, 1-1904. The Royal Geographical Society. — London, 1904

На бурятском языке

  • Цыбиков, Гомбожаб. Түбэд орон руу аяншлага. 1899—1902 онууд. (Г. Ц. Цыбиковэй замай тэмдэглэл) // Байкал. — Улан-Удэ, 1966. — № 2. — С.131—145; — № 6. — С. 79-89.
  • Цыбиков, Гомбожаб. Улаан-Баатар хото элгээгдэсэн буряадай эрдэмтэ секретарь Гомбожаб Цэбекович Цыбиковэй 1927 оной апрелиин 20 июниин 9 хүрэтэ ябасанай дневник // Байкал. — Улан-Удэ, 1963. № 2. — С.137—147.

На китайском языке

  • 崔比科夫、王献军 《佛教香客在圣地西藏》 西藏人民出版社, 1993。Gonbochzhab Tsėbekovich Tsybikov, Wang Xianjun (перевод) Fójiào xiāngkè zài shèngdì Xīzàng ISBN 7-223-00475-4, 9787223004756 Всего страниц: 342

На монгольском языке

  • Цыбиков, Гомбожав Цэбекович. Монгол, Төвдөөр зорчсон тэмдэглэл. Орчуулсан, моотгон Дарийн Бадамням; орчуулгын редактор, Ц. Cvxбаатар. 3-р хэвлэл. Description: 244 p.: ill., ports.; 22 cm. Монсудар хэвлэлийн газар, Улаанбаатар, 2001.

На польском языке

  • Cybikow G. Buddyjski pielgrzym w świątyniach Tybetu / PIW 1975 (POLISH) / Cybikow, Gonbodżab: Buddyjski pielgrzym w świątyniach Tybetu, według dziennika prowadzonego w latach 1899—1902 / Tłumaczenie z rosyjskiego // Buddist pałomnik u swiatyń Tibeta. — Według dziennika prowadzonego w latach 1899—1902. Przelozyl Eugeniusz Piotr Melech. Seria: Rodowody Cywilizacji (tzw. ceramowska)/DUŻY CERAM / s. 284, ilustr. poza tekstem czarno-białych 24, barwnych 8 pł., obwol., 24 cm. Wydanie 1: 1975, Warszawa, Państwowy Instytut Wydawniczy. Format 230x170, okł. płócienna w obw. Nakład 17.290 egz.

На французском языке

  • Tsybikov G.T. Un pélerin bouddhiste au Tibet, 1899—1902 // trad. du russe. — Paris, Peuples du monde, 1992.

На чешском языке

  • Cybikov, C.G. Cesta k posvátným místům Tibetu(CZECH) / Vydáno: 2001 / Vazba: vázaná / Jazyk: český / ISBN 80-7203-392-1 / EAN 9788072033928
  • Cybikov, Gonbožab Cebekovič. Cesta k posvátným místům Tibetu. Podle deníků vedených v letech 1899 až 1902 // (Buddist palomnik u svjatyň Tibeta) / Kolmaš, Josef — překlad z ruštiny / LF. — Praha, Vyšehrad 1987 (То же что и 2001, первое издание)

Труды Цыбикова дополнительно

На русском языке

  • Цыбиков Г.Ц. Дневник по поездке в Ургу (20.04-9.06.1927) Публикация Р.Е. Пубаева (сокр.) // Байкал. — Улан-Удэ 1964. — № 2. (хранился у его вдовы Лхамы Норбоевой, передан в РО БИОН СО АН СССР. В дальнейшем опубл. во 2 томе двухтомника)
  • Цыбиков Г.Ц. О новом бурят-монгольском алфавите. // Бурятоведческий сборник, вып. 5, с. 54-57. — Иркутск, 1928. (тж. в 1927 там же — Культ огня, Цагалган)
  • Цыбиков Г.Ц. Монгольская письменность как орудие национальной культуры. [Брошюра]. — Иркутск: Буручком, 1928.
  • Цыбиков Г.Ц. Грамматика бурят-монгольского письменного языка. Буриад монгол-ун ном бичиг-ун хэлэн-у дурим. — Иркутск: Буручком, 1924 (также букварь для детей, 1925, и букварь для грамотных по-русски, 1927, 1929 — три издания, переводы Ленина 1928)
  • Цыбиков Г.Ц. Буддист-паломник у святынь Тибета. (По дневникам, написанным в 1899—1902 гг.). Ок. 200 фотографий автора и из британских изданий. — Петроград, 1919.
  • Цыбиков Г.Ц. (ред., пер.) Лам-рим Чэн-по (Степени пути к блаженству). Соч. Цзонхавы в монгольском и русском переводах. 1. Низшая степень общего пути. Вып. 2. Русский перевод с предисловием и примечанием. — Владивосток, 1913.
  • Цыбиков Г.Ц. (ред., пер.) Лам-рим Чэн-по (Степени пути к блаженству). Соч. Цзонхавы в монгольском и русском переводах. 1. Низшая степень общего пути. Вып. 1. Монгольский перевод «Боди мури йехэ цзэргэ». — Владивосток, 1910.
  • Цыбиков Г.Ц. Пособие для изучения тибетского языка: Упражнения в разговорном и литературном языке и грамматические заметки. Ч. 1. Разговорная речь. — Владивосток, 1908.
  • Цыбиков Г.Ц. Монгольские тексты: образцы слога и орфографии современного делопроизводства для чтения 3-го курса Восточного ин-та. — Владивосток, 1908.
  • Цыбиков Г.Ц. Пособие для практического изучения монгольского языка. — Владивосток, 1907. (выдержал 3 издания, 4 изд. см. Архивы)
  • Цыбиков Г.Ц. Монгольские официальные бумаги: Учебное пособие для студентов Восточного ин-та. — СПб, 1898.
  • Цыбиков Г.Ц. О Центральном Тибете // Известия РГО. Т. 39, вып. 3. — СПб, 1903. (переиздано в томе 2 двухтомника 1981 г.)
  • Цыбиков Г.Ц. (составитель) Высочайше учрежденная под председательством статс-секретаря Куломзина комиссия для исследования землевладения и землепользования в Забайкальской области: Материалы. Вып. 15. Подати и повинности. — СПб, 1898.

На английском языке

  • Tsybikoff, G.Ts. Lhasa and Central Tibet // Smithsonian (Washington D.C. National Museum) Report for 1903, Pages 727—746. Publication 1534 / Washington: Government Printing Office, 1904. Soft Board. Staple-fold Booklet. 8vo — over 7¾" — 9¾" tall. illustr. with 7 plates.
  • Tsybikoff G. Journey to Lhasa. // The Geographical Journal, Vol. XXIII, 1-1904. The Royal Geographical Society, — London, 1904

Литература о Г. Цыбикове

Материалы научной конференции 1976 года

  • Герасимова К.М. Гомбожаб Цыбиков — исследователь тибетского ламаизма // К столетию со дня рождения профессора Г.Ц. Цыбикова: Материалы научной конференции и статьи. — Улан-Удэ, 1976.
  • Кочешков Н.В. Проблемы этнографии и филологии народов Монголии и Тибета в трудах Г. Ц. Цыбикова. // К столетию со дня рождения профессора Г.Ц. Цыбикова: Материалы научной конференции и статьи. — Улан-Удэ, 1976.
  • Мельхеев М.Н. Деятельность профессора Г.Ц. Цыбикова в Иркутском университете. // К столетию со дня рождения профессора Г.Ц. Цыбикова: Материалы научной конференции и статьи. — Улан-Удэ, 1976.
  • Михайлов Т.М. Труды Г. Ц. Цыбикова по этнографии бурят. // К столетию со дня рождения профессора Г.Ц. Цыбикова: Материалы научной конференции и статьи. — Улан-Удэ, 1976.
  • Семичов Б.В. Г.Ц. Цыбиков — исследователь Тибета // К столетию со дня рождения профессора Г. Ц. Цыбикова: Материалы научной конференции и статьи. — Улан-Удэ, 1976.
  • Хаптаев П.Т. О двух публицистических статьях Г.Ц. Цыбикова. // К столетию со дня рождения профессора Г.Ц. Цыбикова: Материалы научной конференции и статьи. — Улан-Удэ, 1976.
  • Хороших П.П. Воспоминания о совместной работе с Г.Ц. Цыбиковым в Вост-Сиб. отделе ГО СССР. // К столетию со дня рождения профессора Г.Ц. Цыбикова: Материалы научной конференции и статьи. — Улан-Удэ, 1976.
  • Цыдендамбаев Ц.Б. Жизненный путь Г. Ц. Цыбикова // К столетию со дня рождения профессора Г. Ц. Цыбикова: Материалы научной конференции и статьи. — Улан-Удэ, 1976.
  • Шагдаров Л.Д. Г.Ц. Цыбиков как лингвист-монголовед // К столетию со дня рождения профессора Г. Ц. Цыбикова: Материалы научной конференции и статьи. — Улан-Удэ, 1976.

Архивные материалы

  • Рукописный отдел Бурятского ин-та общественных наук СО АН СССР, ф. 5, оп. 1, д. 11, д. 16 (рукопись краткой истории монголов «Очерк Монголии») (РО БИОН СО АН СССР)
  • Государственный архив Приморского Края, ф. 115, оп. 3, д. 1, л. 268, л. 249 (ГАПК) — История буддизма по Цыбикову? в предисловии первого тома двухтомника примечание 30 к предисловию Р. Пубаева имеет указание на этот архив после слов о негативном отношении некоторых востоковедов к переводной монгольской литературе.


Примечания

  1. а б Ныне Агинский Бурятский автономный округ, Забайкальский край, Российская Федерация.
  2. В XVIII—XIX вв. слово в русском языке обозначало людей всех иных, кроме русского, народов и национальностей; слово использовалось в государственных документах и не носило эмоционально-уничижительного характера, как это произошло к середине XX века.
  3. Андреев А.И. История первых фотографий Тибета и Лхасы.
  4. Г. Цыбиков, наряду с Э.-Д. Ринчино и коммунистом М. Ербановым — личности, стоявшие у истоков бурятской государственности. Всех их объединяет то, что они учились в Томске и в Томске были вовлечены в революционную деятельность.
  5. В формировании ДВР принимали участие также такие томские деятели, как И. Строд, В. Виленский-Сибиряков и А. Лисиенко.
  6. «Экспортом социалистической революции» в Монголию и даже одно время диктатором этой страны был соратник Г. Цыбикова по Бурнацкому тов. Э.-Д. Ринчино.
  7. а б Л.И. Боровиков. Исследователь Тибета Гомбожаб Цыбиков (статья 2004 года).
  8. Значком (?) помечена информация, требующая уточнения.
  9. Бывший Буручком, у истоков которого стоял Г. Цыбиков.
  10. Hanlon, Patrick. National Geographic, the primal Society.
  11. C.D.B. Bryan. Das grosse National-GEOGRAPHIC-buch: Ein Jahrhundert Abenteuer und Entdeckungen. Thomas Hemstege, Издатель De National Geographic, 2001. ISBN 3934385125, 9783934385122

Ссылки


По материалам различных биографических и историографических источников формирование, подготовка и литературная обработка статьи для Товики — О.К. Абрамов (Томский государственный университет), 2015