Если вы заметили ошибку, опечатку, или можете дополнить статью — правьте смело! Сначала необходимо зарегистрироваться (быстро и бесплатно). Затем нажмите кнопку «править» в верхней части страницы и внесите изменения. О том, как загружать иллюстрации, создавать новые статьи и о многом другом можно прочитать в справке.

Элбек-Доржи Ринчино

Материал из Товики — томской вики
(перенаправлено с «Ринчино»)
Ринчино, Элбэк-Доржи.
Фото 1912 года
Символ Бурятии
Герб революционной Монголии — Соёмбо

Элбе́к-Доржи́ Ринчи́нович Ринчино́, монгольск. Элбэгдорж Ринчино́ ( 3 (16) мая 1888, Хилгана, Забайкальская область, Российская Империя — 10 июня 1938, тюрьма НКВД (ГУЛАГ), Иркутск, СССР) — сибирский и монгольский революционер, видный бурятский общественно-политический деятель, один из лидеров революционного и национального движения бурятского народа, находился у истоков создания идеологии национальной государственности бурят (бурят-монголов). Один из организаторов и участников экспорта революции в Монголию. Учился в Томске и был в 1907 соратником С.М. Кирова по томскому подполью РСДРП. Участник красного террора в 1920—1926 гг. Диктатор Монголии в 1923—1926. Жертва эпохи ГУЛАГа.

Литературный псевдоним: Аламжи-Мэргэн, Мэргэн (бурятск.)

Редко встречающийся вариант написания имени: Ринчингийн, Элбэгдорж

Ринчино, Элбек-Доржи.
Фото 1936 года


Биография

Молодость, становление личности

Элбек-Доржи Ринчино родился в монгол-бурятской семье рода эхиритов[1] среднего достатка в кочевом урочище (улусе) Хилгана Баргузинского аймака-волости Баргузинского уезда Забайкальской области, что располагался в суровой сибирской тайге на северо-восточном побережье озера Байкал. Ныне это Баргузинский район Республики Бурятия.

После окончания в 1899 году в селе Улюн начальной церковно-приходской школы (при местной православной церкви), поступил и успешно окончил Баргузинское городское уездное училище (Забайкальская область). Здесь Элбек Ринчино в 1903 году вошёл в нелегальный ученический кружок чтений марксистской литературы, организованный ссыльными Архангельским и Майером.

В 1905 году Элбек-Доржи ушёл от отчима и перебрался в уездный город Верхнеудинск (ныне Улан-Удэ), административный центр Верхнеудинского округа (уезда) Забайкальской области. Здесь он поступил за счёт местного купеческого гражданского сообщества в Верхнеудинское общественное реальное училище, открытое по инициативе известного и авторитетного тогда в обществе просветителя-революционера (партия эсеров), педагога и журналиста И.К. Окунцова. В этом городе в 1906 году 18-летний Э.-Д. Ринчино сблизился с местными революционерами из марксистских ПСР и РСДРП[2], получил опыт нелегальной агитационной работы среди путейских рабочих Транссиба. Политическим наставником Ринчино был Борис Шумяцкий, возглавлявший верхнеудинских социал-демократов. Он был одним из первых русских революционеров, объявивших о необходимости предоставления автономии бурятам. Не без влияния Ринчино, Верхнеудинский комитет РСДРП распространил листовки, призывавшие бурят к борьбе вместе с русскими за общую свободу. В Верхнеудинске происходит знакомство Э.-Д. Ринчино с идеологией лидера сибирских областников из Томска Г.Н. Потанина[3], как писал юноша, он стал последовательным сторонником идей Потанина и сибирского автономного областничества.

В том же 1906 году, ввиду закрытия Верхнеудинского реального училища, Ринчино переехал в пограничный с Китаем город Троицкославск (Кяхта) (Забайкальская область), где вновь поступил в местное Троицкославское реальное училище. На следующий 1907 год он будет отчислен из этого училища за участие в политической забастовке. Ринчино принимает решение продолжить совё образование в Томске, главном культурно-образовательном центре азиатской части России. В Томск он едет на средства, собранными местной и Верхнеудинской ученическими организациями.

В Томске Ринчино поступил на общеобразовательные курсы подготовки для поступления в Императорский технологический институт. Однако учёбе помешала революционная деятельность: всех поступающих на данные подготовительные курсы агитировали участвовать в революционных ячейках подпольной марксистской организации РСДРП, не разделившейся тогда в Сибири на большевиков и меньшевиков, но отличавшаяся особым радикализмом, склонностью к вооружённому противостоянию и терроризму. Руководителем одной из групп томских боевиков РСДРП в то время был юный Сергей Костриков (в СССР он будет известен как С.М. Киров). Не удивительно, что вскоре после прибытия в Томск, той же осенью 1907 Ринчино был задержан за участие в нелегальной сходке в технологическом институте, заключён на непродолжительное время в тюрьму до выяснения участия в экстремистских акциях.

В 1908 году Ринчино экстерном при Томской гимназии усиленно готовится к сдаче экзаменов полного среднего образования и получению аттестату зрелости.

Осенью 1908 года Э.-Д. Ринчино едет в столицу страны город Санкт-Петербург, где сдаёт экзамены на поступление в Петербургский Императорский университет на юридический факультет. Здесь Ринчино также сближается с революционерами партии социалистов-революционеров и РСДРП и участвует в нелегальных студенческих кружках, выполняет поручения по нелегальной организационно-пропагандистской работе среди питерских пролетариев и в марксистских кружках студенческой молодёжи. Тем не менее старается серьёзно относиться к учёбе, к получению элитного высшего образования.

Во время учёбы в университете Ринчино собирает материалы по бурятскому языку и фольклору. Часть собранного им уникального материала была опубликована под псевдонимом Аламжи-Мэргэн во втором выпуске «Сборника монголо-бурятской народной поэзии» в 1911 году.

В эти годы студент Э.-Д. Ринчино, совместно с учителем из Бохана Н. Амагаевым, принялся за совершенствование бурятского алфавита, созданного в 1905 году Агваном Доржиевым. Проделав скрупулёзную работу по уточнению отдельных букв и грамматических форм, в 1910 году они издали небольшую книгу под названием «Новый монголо-бурятский алфавит». В 1914 году по состоянию здоровья (заболел туберкулезом), Ринчино уходит из Университета, возвращается в Восточную Сибирь. Но уже на следующий год он продолжил научную работу и этнологические исследования.

В 1915—1916 гг. Э.-Д. Ринчино принимает участие в экономико-статистической экспедиции С.Ю. Витте в Монголию. Им подготовлены научные работы «Шаманство в Монголии» и «Экономические районы Монголии». Совершал поездки в Забайкалье по научным заданиям столичного Русского Комитета для изучения Средней и Восточной Азии.

Революция. Лидер Бурнацкома

Конец 1916 — начало 1917 — работа в кооперации заведующим статистическим отделом в Чите, губернской столице Забайкальской области. В феврале 1917 года становится членом Забайкальской организации эсеров-максималистов. Активно сотрудничает с бурятскими национальными деятелями, ведущими работу по формированию бурят-монгольской автономии. В 1917 году в Верхнеудинске заседал общебурятский съезд, на котором был образован Народно-революционный Центральный Национальный Комитет бурят-монгол Восточной Сибири (Бурнацком) — первый высший орган власти бурят-монгол на территории Российской Империи. Элбек-Доржи Ринчино становится первым его председателем (период председательства в Бурнацкоме — с апреля по декабрь 1917 гг.). Бурнацком стал объединением главной интеллектуальной элиты бурятского народа, выступившей за самоидентификацию и самоуправление. В их числе, кроме Э.-Д. Ринчино, были эсеры-народники М.Н. Богданов, Ц. Жамцарано, Д. Сампилон, Г. Цыбиков[4], Б.В. Вампилон, Пётр Дамбинов и другие. Не было в руководстве Бурнацкома только бурятов-большевиков, которые группировались вокруг Иркутского губкома РСДРП(б) и Центросибири — органа координации действиями большевистских организаций за Уралом. В Иркутске находился отдел Бурнацкома, избранный на губернском съезде бурят в апреле 1917 года, в Чите — орган Бурнацкома газета «Голос бурято-монгола». Бурнацком в 1917 году становится авторитетной национально-политической силой российских бурят-монголов. Под влиянием Бурнацкома бурят-монголы и сибирские калмыки поддержали тогдашнее правительство России — Временный комитет Государственной думы, позже — Временное правительство Российской республики («Правительство Керенского»). Временное правительство предоставило Бурнацкому самую широкую автономию. На всероссийских выборах в Учредительное собрание буряты проголосовали за кандидата от Бурнацкома Михаила Богданова. Он и представлял в высшем представительном органе страны свой народ. О горстке иркутских бурят-большевиков и их предводительнице юной Марии Сахьяновой в 1917 году соплеменники знали мало или вообще ничего пока не знали.

Бурнацком выступал за создание бурятских аймаков, учреждение земского управления, развитие светского образования и культуры. Бурнацком считал, что должно быть образовано правительство, состоящее из представителей всех социалистических партий Восточной Сибири, с чем не согласны были большевики, после Октябрьской революции взявшие курс на монополию власти исключительно за собой.

Бурнацком, в рамках совершенствования системы местного самоуправления, формирует структуру административного управления бурятским населением: создаются сомонные (сельские), хошунные (волостные), аймачные (уездные) комитеты по типу советов разночинных депутатов. 13 июня 1917 года Э.-Д.Ринчино направил письмо в адрес Временного правительства на имя председателя Совета Министров и министра внутренних дел Г.Е. Львова и министра земледелия В.М. Чернова телеграмму, в которой говорилось: «Мы, буряты Восточной Сибири, со времени присоединения к России пользовались самоуправлением, имели свое управление, свой суд, свою землю, заселять которую никто не имел права помимо нашей воли. При Плеве и его преемниках наше национальное самоуправление было насильственно уничтожено, земли отобраны в казну, что разрушило основные устои общественной жизни, распылило бурятскую массу, создало острое малоземелье, вызвало усиленную эмиграцию бурят в соседнюю одноплеменную Монголию». В телеграмме содержалась просьба санкционировать схему самоуправления, определенную Бурнацкомом.

В событиях Октябрьской (1917) революции Ринчино принимает активное участие, через Бурнацком способствует установлению власти большевистских Советов в Забайкальской области. Он, являясь членом Забайкальской организации левых эсеров (ПЛСР), был всё же весьма близок к лидерам РСДРП(б) и «от левых» (ПЛСР и большевики) избран секретарём Военно-революционного комитета (ВРК) и членом полевого штаба на Даурском фронте, назначен командующим и организатором бурят-монгольской Красной гвардии (Улан-Цагда) — главного органа (до формирования системы ВЧК) по осуществлению подавления сопротивления непролетарских сословий. Объявлялась мобилизация по аймакам для создания конных аймачных отрядов по обеспечению спокойствия и порядка. Однако под влиянием Бурнацкома эти отряды практически сразу стали всего лишь отрядами самообороны аймаков.

В этот период, как революционный руководитель Забайкалья, Ринчино осуществляет поездку в революционную (с 1911) Монголию для установления дипломатических отношений Бурнацкома и ВРК с руководителями этого государства.

Тем не менее большевики с января 1918 года, как и во всех других регионах павшей Российской Империи, начинают активно создавать систему своей диктатуры, сопровождая её, как и в других регионах Советской России, красным террором, прежде всего нацеленном в Забайкалье на уничтожении старой бурятской культуры и традиций, основанных на буддизме; начато было разрушение буддийских монастырей. Бурнацком не стремился к советизации аймаков и хошунов (большей частью лишь имитируя советские органы власти) и сумел сохранить относительную автономию. В марте 1918 на 3-ем областном съезде сельских депутатов Забайкальской области в Чите было принято решение об утверждении существующих у бурят-монгол административно-хозяйственных и культурно-просветительских органов национального самоуправления, работающих под руководством Бурнацкома в контакте с советской властью. С падением советской власти весной—летом 1918 Бурнацком перешёл к политике формального признания власти сначала Временного сибирского правительства, а затем власти белых в лице А.В. Колчака и Г.М. Семёнова. Часть членов Бурнацкома в знак протеста вышла из его состава. Путем лавирования и компромиссов с новой властью Бурнацком под руководством либеральных лидеров национально-демократического направления стремился форсировать создание национальной автономии, которая не только объединяла бы всё бурятское население Иркутской губернии и Забайкалья, но и обладала бы строго очерченной территорией, в границах которой органы самоуправления имели бы весьма широкую юрисдикцию. В результате Бурнацком занимался не только проблемами национальной культуры, но и стремился установить контроль органов самоуправления в сфере экономики (в частности М.Н. Богданов разрабатывал проект земельной реформы, а Э.-Д. Ринчино — налоговой) и политики. Так, Бурнацком принимал энергичные меры по защите бурятского населения от противоборствующих военных сил в развернувшейся в Забайкалье Гражданской войне. В ноябре 1918 на общебурятском съезде в Верхнеудинске Бурнацком переименован в Бурятскую народную думу (Бурнардуму). Фактически национальное движение развивалось в направлении повышения политического статуса бурятского само­управления, а его лидеры стремились к созданию бурятской моноэтничной автономии. Осенью 1919 Бурнардума была фактически разгромлена из-за несогласия с политикой атамана Семёнова. После чего атаман Семёнов, без суда и следствия, казнил М.Н. Богданова и отдал распоряжение об аресте и казни Э.Д. Ринччино (который успел уйти в подполье). Разгром Бурнардумы прошёл не смотря на то, что за неё и за Э.-Д. Ринчино перед Семёновым заступился сибирский белогвардейский лидер барон Унгерн. Однако официально и окончательно Бурнацдума объявила о своём роспуске лишь в октябре 1920 года. Ранее, с января 1920 года в Иркутской губернии и Забайкальской области была ликвидирована власть директории Колчака: части 5-й Красной Армии взяли Иркутск и Верхнеудинск.

Гражданская война

Весной 1918 года в Сибири разгорелась Гражданская война.

Не смотря на связь с большевиками, как представитель народов Сибири и один из лидеров бурят-монгольского революционного национально-демократического движения, Э.-Д. Ринчино в июне 1918 года (время ликвидации диктатуры большевистских Советов в Сибири) был заочно избран областниками в Томске министром просвещения Временного Сибирского правительства, сформированного под руководством П.Я. Дербера. Однако опасаясь репрессий со стороны антибольшевистских сил[5], с осени 1918 года переходит на нелегальное проживание, скрывается в Забайкальском районе у бурят-монгол. При этом и правительство П.Я. Дербера, и сменившее их правительство А.В. Колчака, не мешает местному самоуправлению в регионах Байкала, которое формируется из небольшевистских революционеров — из представителей партии эсеров, кадетов, бурятских националистов. В период подполья Ринчино ещё больше сближается с российскими коммунистами (большевиками), завоёвывает их доверие. Поздней осенью 1918 года Ринчино выходит из членов партии социалистов-революционеров. На такой выбор повлияло и то, что в Советской России эсеровские организации всех видов их фракций («левые эсеры», «умеренные», «максималисты») подлежит полному уничтожению как организованная сила, не согласная с диктатурой большевиков, называемой «советской властью». При выборе — с кем из антимонархических, радикально-социалистических революционных партий ему быть дальше, Э.-Д. Ринчино выбирает сторону большевиков. На некоторое время это спасает ему жизнь — при установлении новой советской власти в Забайкалье и на Дальнем Востоке органами ВЧК/ОГПУ будут уничтожаться все выявленные члены ПСР и ПЛСР: революция пожирает своих героев… Пока же, до прихода Красной Армии в январе 1920 года, левые эсеры[6] и большевики, действуют сообща, рука об руку, по организации сопротивления и партизанских отрядов в тылу колчаковских войск.

С учётом того, что буряты стали активно вовлекаться в формирование бурятских полков и батальонов Белой Гвардии (вплоть до введения бурятов в казацкое сословие), в 1919 году левым крылом Бурнацкома/Бурнардумы предпринята попытка перетащить правых социалистов-революционеров и националистов Бурят-Монголии на нейтральную позицию, то есть на позицию воздержания от участия в Гражданской войне на стороне белогвардейцев, оставаться вне политики до неизбежного уже прихода Красной Армии РСФСР в Восточную Сибирь. Такая работа по разагитированию, за неучастие бурят в этой войне, дала свои плоды. Многие буряты-казаки стали выходить из казачьего сословия и службы в частях Сибирских армий Колчака, отказывались или уклонялись от семёновской мобилизации в Белую армию (как, впрочем, вскоре и от привлечения их в ряды красных войск).

Смена «политических симпатий» коснулась и руководителей Прибайкалья. При приближении Красной Армии к Иркутску, деятели Иркутского губернского управления (большинство из которых были членами партии правых социалистов-революционеров) осуществляют в январе 1920 года Иркутский переворот и арестовывают (для последующей выдачи красным) А.В. Колчака. При установлении новой советской власти на Байкале, Э.-Д. Ринчино становится помощником начальника штаба красных партизан в селении Кульском Хоринского аймака, восстанавливает главенствующую роль РКП(б) в районах, взятых Красной Армией.

Формирование советской автономии бурят

В период с 1-го по 8-е сентября 1920 года Э.-Д. Ринчино делегирован на I съезд угнетённых народов Востока в советском городе Баку (Кавказ). Съезд привлёк пристальное внимание руководителей Советской России и через месяц часть делегатов съезда специально приглашаются в Москву на встречу с вождём пролетарской революции тов. В.И. Лениным. В числе приглашённых в Москву — идеолог бурят-монгольского национального революционного движения Э.-Д. Ринчино. В кулуарах Бакинского съезда Ринчино знакомится со специалистом Москвы по вопросам Средней Азии, Тибета и Востока Яковым Блюмкиным.

В феврале 1920 года Бурятская секция Иркутского губкома партии большевиков (в том числе буряты-коммунисты) официально высказалась против установления в Бурятии национальной автономии в какой-либо форме. Эта позиция была отражена в докладе члена Бурсекции, бурята по национальности, тов. В.И. Трубачеева на губернском бурятском съезде в Иркутске того же года. С этого момента начался раскол во взглядах на формы бурятской автономии между идеологом Бурнацкома Э.-Д. Ринчино и новыми руководителями бурятских территорий из иркутского губкома РКП(б) и деятелями Сиб.Бюро ЦК РКП(б) в Иркутске.

Как отмечал будущий руководитель Бурятии Михей Ербанов, «мы, считая неизбежным ассимиляцию бурят-монгол и исходя из отсутствия якобы единой территории, признавали тогда нецелесообразным и невозможным выделение бурят и создание Автономии». Ринчино жестко выступил против этой позиции, более того он, с 1917 года контактировавший с революционным правительством Монголии, считал необходимым сближение российских бурят-монголов и южных монголов. Поэтому, дабы развенчать теорию иркутских большевиков, Э.-Д. Ринчино отправляется в Москву с монгольской делегацией (он сопровождал группу лидеров революционной Монголии, в которой, в том числе, были Чойбалсан, Сухэ-Батор и др.). Здесь Ринчино, монгольские вожди, бурятский лидер цанид хамбо-лама Агван Доржиев, а также восточно-сибирский калмык Амар Санан 13 октября 1920 года, в числе других делегатов Бакинского съезда народов Востока, были приняты Председателем Совета Народных Комиссаров Российской Федерации В.И. Лениным[7].

После этой миссии в Москву Э.-Д. Ринчино становится Секретарём (руководителем) монголо-тибетского отдела Секции восточных народов Сибирского областного бюро ЦК РКП(б) в Иркутске. Это весьма высокий пост в Партии.

Э.-Д. Ринчино сделал доклад на заседании Политбюро ЦК РКП(б), в котором высказал доводы в пользу предоставления национальной государственности монгол-бурятскому народу Прибайкалья, а также представил записку «Инородческий вопрос и задачи Советского строительства в Сибири». Как известно, после этой встречи председатель Совнаркома Советской России В.И. Ленин подготовил проект постановления Политбюро ЦК РКП(б) «О задачах РКП(б) в местностях, населенных восточными народами», принятого 14 октября 1920 года — на следующий день после встречи Ленина с делегацией Э.Д. Ринчино. Этот документ подчеркивал необходимость «проведения в жизни автономии в соответствующих конкретным условиям формах для тех восточных национальностей, которые не имеют ещё автономных учреждений, в первую голову для калмыков и бурят-монголов».

В 1920 году Э.-Д. Ринчино был назначен председателем Азиатского бюро Сибирской миссии по иностранным делам РСФСР. Э-Д. Ринчино активно выступал за создание единой автономии для всего бурят-монгольского народа в составе РСФСР, решительно отвергая в дискуссиях попытки расколоть бурят, раздробить территории их проживания. На имя В.И. Ленина написал две докладные.

Идея создания Великого монгольского государства в начале XX века будоражила многие умы и сломала многие жизни. С этой идеей носились «белые» — барон Унгерн, атаман Семёнов, создатели Даурского правительства. Со стороны «красных» самым ярким панмонголистом был Ринчино.

Изначально у него сложились довольно сложные отношения с большевиками Иркутского РКП(б). Во времена диктатуры Семёнова он проводит линию Бурнацкома о неучастии бурят в Гражданской войне, при этом симпатизируя Советской власти. Однако, он сотрудничает с Семёновым, Даурским правительством и японцами, объявившими о создании панмонгольского теократического государства во главе с так называемым «перерожденцем» Нейсе-гэгээном. По мысли Ринчино, одной из задач панмонгольского движения на период Гражданской войны в России было создание демократического нейтрального государства, «буфера» между Россией и Китаем. Эту идею Ринчино маскировал под восточный «Брестский мир». Дескать, если большевики согласились на унизительных условиях отдать земли немцам на Западе, почему бы не сделать это для японцев и Семёнова на Востоке? С целью получения легитимного статуса «Великой Монголии» Ринчино добивался отправки делегации на Версальскую конференцию. Однако, японцам было невыгодна несвоевременная огласка их намерений установить контроль над всемонгольским государством.

С 1920 года, не только по причине политической дискуссии с новым коммунистическим бурятским лидером М. Ербановым, начинается период активного сотрудничества Э.-Д. Ринчино с монгольскими революционерами. Во второй половине 1920 — начало 1921 Ринчино, по заданию ЦК РКП(б), работает по так называемому «монгольскому вопросу». Википедия современной Монголии утверждает, что с этого момента и до 1926 года Э.-Д. Ринчино становится агентом руководителя внешних секретных служб Советской России Якова Блюмкина по революционной просоветской работе в Монголии[8].

Ринчино назначается секретарем Монголо-Тибетской секции Дальневосточного Секретариата Коминтерна (Москва).

Монгольская революция 1921 года. Во главе МНР

Вторая половина 1921 — конец 1925 — Э.-Д. Ринчино занимается экспортом социалистической революции, по поручению ЦК РКП(б) и Коминтерна работает в Монголии — участие в монгольской гражданской войне, организация социалистической марксистской партии Монголии, помощь в формировании правительства и армии в очередной (с 1911) раз революционной Монголии. Начав работать в Монголии (период Монгольской революции 1921 года), Ринчино меняет гражданство и выходит из партийной организации СССР.

Э.-Д. Ринчино вводится в члены Центрального комитета Монгольской народно-революционной партии (коммунистов), становится членом Президиума народного Правительства Монгольской Народной Республики (руководитель правительства — лидер революционных монголов товарищ Сухэ-Батор) и председателем Революционного военного совета МНР (Реввоенсовета). C 1922 года Монголию, управляемую Сухэ-Батором и Ринчино, накрывает «волна репрессий» — расстреляны многие яркие личности, чьи взгляды были далеки от идеалов социалистических революций. В 1922 году Бодоо, Чагдаржав и да-лама Пунцагдорж были казнены как «враги народа», был отстранён от власти Данзан. После скоротечной и странной смерти товарища Сухэ-Батора в 1923 году Э.-Д. Ринчино сосредотачивает в своих руках практически неограниченную власть. До сих пор многие в Монголии считают Ринчино и Чойбалсана лично ответственными за уничтожение видных деятелей монгольской государственности Бодоо, Данзана и Бавасана, занимавших высокие посты. До сих пор эти драматические процессы не получили однозначной оценки в Монголии. Трагедия Ринчино в том, что, проводя реформы, борясь с представителями несоциалистического пути развития Монголии, он был «чужой» для монголов. Память сегодняшней Монголии по Ринчино, как и по многим другим бурятам, принимавшим участие в Монгольской революции, ассоциируется с узурпацией власти и уничтожением традиционного, умеренного правления Богдо-гэгээна.

В докладе на III съезде Монгольской народно-революционной партии Ринчино обосновал идею о некапиталистическом (социалистическом) пути развития страны, минуя стадию ранне-капиталистического уклада. Ринчино являлся одним из авторов первой Конституции Монгольской Народной Республики (МНР), принятой первым Великим Народным Хуралом Монголии. Был одним из инициаторов и активных участников монгольского красного террора, в том числе организатор борьбы с буддийскими монастырями, доказывавшим необходимость тотальной ликвидации теократического влияния на государственность в Монголии.

Элбэк-Доржи Ринчинович Ринчино является автором многочисленных опубликованных работ, в частности, по проблемам революционного движения на Востоке, политического, экономического и культурного развития стран этого региона. Им были переведены на монгольский язык учебные пособия по политэкономии, географии и художественные произведения. Ринчино считается создателем молодёжной политической организации — Монгольского ревосомола (аналог советского комсомола), возглавить который он поручил руководителю монгольских спецслужб Дашийн Балдандоржу.

В МНР Ринчино участвует в разгроме ушедших сюда из Прибайкалья казачьих белогвардейских частей барона Унгерна, за что был награждён орденом Боевого Красного Знамени РСФСР. Э.-Д. Ринчино, таким образом, становится первым бурятом, получившим высшую награду Советской России тех лет, первым краснознамённым орденоносцем.

В 1924 году Э.-Д. Ринчино посылает секретное письмо[9] в Бурятский обком компартии (орган реальной власти во вновь созданной Бурят-Монгольской Автономной ССР в составе РСФСР). Панмонголистские мечты не оставили его — он считает, что в «недалёком будущем» Монголия войдет в состав СССР на правах союзной республики. Таким образом, писал Ринчино, «существование Бурятии прекратит всякое значение и она должна будет присоединиться к Монголии». Это его заявление (заявление о советизации Монголии) вызвало достаточно сдержанную реакцию в СССР — ведь приходилось считаться с мнением буржуазного Китая, который включал Монголию в сферу своих интересов. В самой МНР это письмо (о нём монгольским товарищам поспешил сообщить идеологический противник Ринчино по Коминтерну среднеазиатский коммунист тов. Турар Рыскулов, рассчитывавший таким образом окончательно поссорить Ринчино с монголами) вызвало настоящую истерику у многих, посчитавших, что «Ринчино хочет продать Монголию России». В 1925 году под благовидным предлогом «партия отзывает его» из МНР. Ринчино переезжает жить в столицу СССР город Москву.

Коммунистический университет трудящихся стран Востока

1926—1930 — учёба в Институте Красной Профессуры (Москва) подготовки пролетарских учёных и научных кадров для национальных регионов СССР.

С 1930 года вновь возвращается в гражданство СССР, вступает кандидатом в члены ВКП(б).

В 1927—1934 — научно-педагогическая работа в Коммунистическом университете трудящихся Востока имени товарища Сталина (КУТВ) в городе Москве.

С ноября 1934 — профессор КУТВ.

Репрессирование

Не смотря на явные заслуги по формированию коммунистического тоталитаризма в Бурятии и Монголии, Э.-Д. Ринчино попал в молох массовых сталинских репрессий. 19 июля 1937 года по фальсифицированному обвинению был арестован в Москве. В тот же день сотрудники НКВД произвели обыск на его квартире, отобрали исторические документы по Монголии, письма, записные книжки, его брошюры на монгольском языке, книги Л. Троцкого, Н. Бухарина, К. Радека и прочих «врагов народа».

4 июня 1938 года Военной Коллегией Верховного Суда СССР Элбэк-Доржи Ринчино был приговорён к высшей мере наказаниярасстрелу. 10 июня 1938 года в Иркутске (куда Э.-Д. Ринчино был этапирован для следствия по делу бурятского антисоветского национализма-панмонголизма, в котором Сталин обвинил практически всё руководство Советской Бурятии и других бурят, занимавших высокие посты в ВКП(б) СССР) приговор был приведён в исполнение… По тому же делу в тюрьме Бурятского НКВД был расстрелян и идеологический противник по вопросам развития бурятской идентичности и автономии, вождь Советской Бурятии, герой-орденоносец Михей Ербанов[10]. Так закончился идеологический спор двух политических оппонентов. Такая вот ирония истории.

Военной коллегией Верховного суда СССР в 1957 году было пересмотрено уголовное дело Э.-Д. Ринчино в числе прочих дел жертв эпохи сталинских репрессий. Э-Д. Ринчино и другие, расстрелянные в 1938 году руководители Советской Бурятии, были полностью реабилитированы как незаконно репрессированные.

Особым постановлением ЦК КПСС в 1961 году Элбек-Доржи Ринчино был восстановлен в членах ВКП(б) / КПСС (посмертно).

Награды

  • орден Боевого Красного Знамени (Приказ РВСР № 52: 1922 г.). Орден вручён за участие в боевых действиях против белогвардейцев на территории Монголии (1920—1922). В те годы это высшая военная награда страны, вручавшаяся за исключительный личный военный героизм и значительные боевые заслуги.
  • Нет информации по награждению военными орденами МНР. Главные ордена этой республики были учреждены уже после отъезда в Москву Э.-Д. Ринчино — в период всевластия Чойбалсана. Который имел личную неприязнь к Э.-Д. Ринчино и считал его врагом народа и революции; способствовал репрессированию Ринчино и др. «панмонголистов» СССР в 1937—1938 гг. Другие интернационалисты СССР, участвовавшие в боях с белыми в период Монгольской революции 1921 года, были награждены военным орденом «Красное Знамя» (учр. в 1926). Также всех видных деятелей Революции 1921 года в 1936 году массово награждали орденом «Полярная Звезда».

Память

  • В родном селе Хинган (Хингана́) воздвигнут бюст Э.-Д. Ринчино. Здесь же в Хилганайской школе открыт музей, где представлены материалы по биографии Э-Д. Ринчино, родных и близких, братьев, его личные вещи, орденская книжка и т.д.
  • В Улан-Удэ в честь Э.-Д. Ринчино названа одна из улиц города.
  • В 2013 году предлагалось установить в столице Республики Бурятия памятник Э.-Д. Ринчино, а также переименовать в его честь площадь в Улан-Удэ перед гостиницей «Бурятия»[11].
  • 03.07.2007 президент Республики Бурятия Леонид Потапов подписал распоряжение Правительства республики № 387-р об образовании оргкомитета по подготовке и проведению общереспубликанских мероприятий, посвященных 120-летию Элбэк-Доржи Ринчино. Цель — увековечить память выдающегося государственного и общественного деятеля.
  • В современной Бурятии многие склонны к формированию нового культа личностей бурятских коммунистов 1920-х — 1938 гг. и требуют идеализирования их образа, воздвижению новых памятников и мемориалов в их честь

Основные труды

  • Ринчино, Элбек-Доржи. Новый монголо-бурятский алфавит / Сост. — народные учителя Н. Амагаев и Аламжи-Мэргэн. — СПб., 1910.
  • Ринчино, Элбек-Доржи. Монголо-бурятский сборник. Вып. I. — СПб., 1910.
  • Ринчино, Элбек-Доржи. Монголо-бурятский сборник. Вып. II. — СПб., 1911.
  • Ринчино, Элбек-Доржи. Краткий русско-монгольский словарь халхасского наречия с монгольской азбукой и необходимыми грамматическими правилами. — Харбин, 1914.
  • Ринчино, Элбек-Доржи. Бато-Далай Очиров. — Торгово-промышленный ежегодник Сибири, 1914—1915. (О личности Б.-Д. Очирова см. статью в Русской Википедии)
  • Ринчино, Элбек-Доржи. Дальне-Восточные Балканы. // Сибирь. — 1915. №№ 272, 273, 275; — 1916. №№ 3, 8.
  • Ринчино, Элбек-Доржи. Монгольско-русский словарь с монгольской азбукой и краткими грамматическими правилами. — Иркутск, 1916.
  • Ринчино, Элбек-Доржи. Национальная проблема России при свете революции. // Народное дело. — Чита, 1917. — № 37.
  • Ринчино, Элбек-Доржи. Советская власть в Иркутской губернии и бурят-монголы. — Чита, 1918.
  • Ринчино, Элбек-Доржи. Великие державы и независимость Монголии. // Наш путь. — Чита, 1919. №№ 143—145.
  • Ринчино, Элбек-Доржи. Инородческий вопрос в Сибири и революция. // Сибирь. — 1917. № 77.
  • Ринчино, Элбек-Доржи. Инородческий вопрос в Сибири. // журнал «Жизнь национальностей». — М., 1921. № 6. — С.2.
  • Ринчино, Элбек-Доржи. О международном положении Монголии // Доклад на III съезде МНРП.
  • Ринчино, Элбек-Доржи. К вопросу о национальном самоопределении Монголии в связи с задачами китайской революции // «Революционный восток». Журнал Научно-исследовательской ассоциации при Коммунистическом университете трудящихся Востока им. тов. И.В. Сталина. — М., 1927. — № 8. — С. 65-78.
  • Ринчино, Элбек-Доржи. О реформе письменности монгольских племен. // журнал «Просвещение национальностей». — М., 1930. — № 6.
  • Ринчино, Элбек-Доржи. О реформе монгольского литературного языка. // журнал «Просвещение национальностей». — М., 1930. — № 9/10.
  • Ринчино, Элбек-Доржи. О Монголии [Избранные труды] / Сост. Базаров Б.В., Цыбиков Б.Д., Очиров С.Б. — Улан-Удэ, 1998. — 255 c.
  • Ринчино, Элбек-Доржи. Документы. Статьи. Письма. — Улан-Удэ, 1994. — 234 c.

Литература

  • Абрамов О.К. Молох ГУЛАГа: сходство судеб трёх лидеров сибирских национальных республик. (Платон Ойунский, Элбек-Доржи Ринчино, Михей Ербанов) // Тоталитаризм и тоталитарное сознание. XVII ежегодная научно-практическая конференция: Философский факультет Томского государственного университета. Томск, 16 мая 2015 года. / Под ред. В.С. Шутова. — Томск: издательство «Кит»; Философский факультет ТГУ, 2015. — С. 106—120. ISBN 5-87307-083-0. — Электронный ресурс: vital.lib.tsu.ru
  • Андреев, Владимир. Элбек-Доржи Ринчино. — Улан-Удэ, 1997. Электронный ресурс: soyol.ru (адапт.версия 2013).
  • Борьба за власть Советов в Бурят-Монголии (1917—1918). Сборник документов материалов. — Улан-Удэ, 1957. — 302 с.
  • Выдающиеся бурятские деятели XVII — начала ХХ вв. Выпуск 1. — Улан-Удэ: Бэлиг, 1994. Вып. 1. — 144 с.
  • Выдающиеся бурятские деятели (XVII — начала ХХ вв.). /Сост. Ш.Б. Чимитдоржиев, Т.М. Михайлов, Д.Б. Улымжиев. Серия: Известные люди Бурятии. — Улан-Удэ: Изд-во БГУ, 2001. — Вып.Н. — 155 с.
  • Герасимова К.М. О бурятской «буржуазной интеллигенции» начала XX века // Национальная интеллигенция, духовенство и проблемы социального, национального возрождения народов Республики Бурятия. — Улан-Удэ: Изд-во БНЦ СО РАН, 1995. — 121 с.
  • Гирченко В.П. Этапы революционного движения в Бурятии в 1917—1918 гг. (Хроника). — Верхнеудинск: Изд-во журнала «Жизнь Бурятии», 1927.
  • Демидов В.А. Октябрь и национальный вопрос в Сибири. 1917—1923 гг. — Новосибирск, 1983.
  • Жабаева Л.Б. Э.-Д. Ринчино и формирование государственности монгольских народов в первой четверти XX в.: Дис. … д-ра ист. наук: 07.00.03. — Улан-Удэ, 2001.
  • Жабаева Л.Б. Э.-Д.Ринчино в истории революционных преобразований Монголии // Проблемы истории и культуры кочевых цивилизаций Центральной Азии. Т.2. История. Философия. Социология. Культурология и искусство. — Улан-Удэ: Изд-во СО РАН, 2000. — С. 123-129.
  • Жабаева Л.Б. Коминтерн, Э.-Д.Ринчино // Бурятия: проблемы региональной истории и исторического образования: 4.2. Сб.науч.тр. / Сост. А.Д. Цыбиктаров. — Улан-Удэ, 2001. — С. 172-177.
  • Иванов Д. За развернутую борьбу с бурятской кондратьевщиной — против гнилого либерализма // газ. «Советская Бурятия». — Верхнеудинск, 1932. №№ 3, 4.
  • История Бурят-Монгольской АССР. Т.1 / Редкол.: Хаптаев П.Т. (гл. ред.) и др. — Улан-Удэ: Бурмонгиз, 1954. — 495 с.
  • История Бурятии. Конец XIX в. — 1941 г.: Часть 1. — Улан-Удэ: Изд-во ОНЦ «Сибирь», 1992. — 76 с.
  • Курас, Леонид Владимирович. М.М. Сахьянова, Э.-Д. Ринчино и Монгольская революция 1921 года. // журнал «Власть». — М., 2010. — № 6. — С. 150-152.
  • Курас, Леонид Владимирович. Панмонголизм в годы революции и гражданской войны. Октябрь 1917 года: уроки истории и современность // Материалы науч. конф. — Кемерево, 1997. — С. 61—63.
  • Кypac Л.В. Участники Гражданской войны в Сибири М.М. Сахьянова и Э.-Д. Ринчино: у истоков монгольской государственности // История белой Сибири. Сборник научных статей / Ред. С.П. Звягин. — Кемерово: Издательство КемГУ, 2011. — 294 с. — ISBN 978-5-8353-1153-8. — С. 114-118.
  • Международная научно-теоретическая конференция «Эльбек-Доржи Ринчино и народно-демократическое движение в России, Центральной Азии в ХХ веке». Доклады, тезисы, сообщения. — Улан-Удэ: Ин-т монголовед., буддологии и тибетологии СО РАН, 1998.
  • Национальный архив Республики Бурятия (НАРБ). Р-483. Центральный бурятский национальный комитет — Бурнацком.
  • Национальный архив Республики Бурятия (НАРБ). Р-484. Народно-революционный комитет — Бурнацком.
  • Санжиев Г.Д., Найдаков В.Ц. Эльбек-Доржи Ринчино // Национально-освободительное движение бурятского народа. — Улан-Удэ, 1989. — С. 47—54.
  • Туденов Г. О пятнах белых и тёмных… // лит.ж-л «Байкал». — Улан-Удэ, 1989. — № 3. — С. 83—91.
  • Халудоров Т.В. Политические аспекты идеологии панмонголизма: Дис. … канд. полит. наук: 23.00.01. — М., 2005. — 160 с.
  • Цэцэгма, Жамбалын. Бурятские национальные демократы в революционном движении монгольских народов в первой трети XX в. // автореферат диссертации по ВАК 07.00.03 на присвоение степени «доктор исторических наук». — Улан-Удэ: БГУ, 2003. Электронный ресурс: www.dissercat.com (сокр.версия).
  • Цибиков Б.Д. Бурятские учёные национал-демократы. — Улан-Удэ, 2003.

Примечания

  1. Историки указывают, что в предках Ринчино была также еврейская кровь, на что указывают, в частности, его волнистые волосы. Это вполне реальная вероятность, если учесть, что со второй половины XIX века Баргузинский уезд и город Баргузин были определены местом каторги и ссылки для многочисленных революционеров-народников Южной и Центральной России еврейского происхождения.
  2. В сибирских городах практически не было разделения на большевиков (РСДРП(б)) и меньшевиков (РСДРП(м)). Были просто подпольные организации РСДРП, а те, которые размещались в городах Транссиба, включали в себя боевые вооружённые дружины (боевиков) — прообраз будущих вооруженных сил партии большевиков «красная гвардия», — способных и на теракты, и на сопротивление жандармерии во время политических массовок.
  3. Нет информации о том, что старенький Григорий Потанин путешествовал в те годы из Томска в Забайкалье. Следовательно, Ринчино мог знакомится только с литературными трудами Потанина.
  4. Г. Цыбиков, наряду с Э.-Д. Ринчино и коммунистом М. Ербановым — личности, стоявшие у истоков бурятской государственности. Всех их объединяет то, что они учились в Томске и в Томске были вовлечены в революционную деятельность.
  5. Осенью 1918 года белогвардейский атаман Семёнов казнил одного из лидеров Бурнацкома/Бурнардумы Михаила Богданова и пытался арестовать Ринчино, но тот успел уйти на нелегальное положение в подполье, скрывался в бурятских аймаках.
  6. Правые эсеры, в отличии от левых эсеров, в Прибайкалье (Иркутская губерния) и Забайкалье умудрились оставаться в органах местного самоуправления при колчаковском режиме. Однако когда Красная Армия приблизилась к Иркутску, Иркутская эсеровская администрация разоружила охрану А.В. Колчака и арестовала его. Затем этот приз был преподнесён частям подошедшей к городу Красной Армии. Впрочем, на отношение карательных органов РСФСР к членам ПСР это никак не повлияло, они будут репрессированы новой властью.
  7. Отдельные источники указывают, что встречи Ленина были с Ринчино несколько раз: он приводил к Ленину то представителей российского Забайкалья Агвана Доржиева и Амара Санана, то революционных диктаторов Монголии Чойбалсана и Сухэ-Батора. Нет точной информации, сколько встреч было 13-го октября 1920 года.
  8. См. Монгол Википедиа: Яков Блюмкин (на монгольск.яз.).
  9. Подробнее о «письме Ринчино в Буробком РКП(б)» и о политических последствиях события см. статью Базаров, Б.В. и Жабаева, Л.Б. К проблеме суверенитета Монголии после 1921 года.
  10. Ряд специалистов по истории Монголии указывают, что идея массовой чистки по обвинению в панмонголизме высших руководителей БМАССР (М. Ербанов и др.) с репрессированием Э.-Д. Ринчино, были «подсказаны» Иосифу Сталину и НКВД СССР сталинским маршалом МНР тов. Чойбалсаном, карьера в лидеры МНР которого состоялась в годы работы Ринчино в Монголии.
  11. Информация портала ARD (Бурятия) от 16.05.2014.

Ссылки



По материалам различных биографических и историографических источников формирование, подготовка и литературная обработка статьи для Товики — О.К. Абрамов (Томский государственный университет), 2015