Если вы заметили ошибку, опечатку, или можете дополнить статью — правьте смело! Сначала необходимо зарегистрироваться (быстро и бесплатно). Затем нажмите кнопку «править» в верхней части страницы и внесите изменения. О том, как загружать иллюстрации, создавать новые статьи и о многом другом можно прочитать в справке.

Кержаки

Материал из Товики — томской вики
Перейти к: навигация, поиск

Кержаки́ — наименование (самоназвание?) особой этноконфессиональной группы русских, постаравшихся отдалиться от влияния Государства Российского в удалённые недоступные места (как, например, просторы Обского речного бассейна — в местах Средней Оби).


Появление

Кержаками в томском Приобье называют представителей религиозного православного течения старообрядчества. Считается, что само слово кержаки происходит от названия реки Керженец в Нижегородской губернии[1]. Носители культуры северорусского архаичного типа, практически сохранявшей традиционные устои и этику сообществ XVI—XVII веков.

Однако по сказам самих томских (приобских) кержаков, они «жили здесь всегда, как минимум 5 тысяч лет» и считают себя основным коренным северным народом Сибири, который «принял себе в гости другие пришлые северные и южные народы»[2].

После разгрома в 1720-х Керженских скитов в Поволжье носители старых традиций и своих религиозных устоев, не приемлющие новых радикальных церковно-обрядовых реформ от московского патриарха Никона, десятками тысяч бежали на восток — сначала в глухие таёжные места Пермской губернии и далее по всей Западной Сибири (от Алтая на юге и до территорий низовьев рек Оби и Енисея и Якутской области на севере), а также продвигались в районы Дальнего Востока. Много староверов поселились в тайге в северо-восточном направлении от Томска по линии современных сёл Итатка, Ново-Кусково, Первомайское, Орехово… Многочисленные общины появились к северу от реки Шегарка (современные Шегарский, Бакчарский, Парабельский, Кривошеинский и Молчановский районы). В основном в томском массовом сознании кержаками считали людей (охотников и рыболовов), живших до основного освоения русскими казаками Среднего Приобья, которые оправляли старообрядческие обычаи, но при этом явно походивших на потомков смеси русских с вогулами, ненцами, селькупами, хантами.

Ряд исследователей склонны считать кержаков одними из первых русскоязычных насельников Сибири, называя их «старожильческим населением». Но другие исследователи указывают, что задолго, за несколько веков до добровольного присоединения Белого Царства Золотой Орды (Сибири) к Русскому Государству в 1555 году, переселявшиеся сюда северные сибирские народы и татары из Монголии селились на стоянках древних славянских народов, уже обитавших здесь: сарматов, скифов, финно-угров и русских. Так или иначе, но по состоянию на начало XVI века учёными численность населения вдоль Оби от её южных истоков на Алтае до Обской Губы на севере оценивалась не более, чем в 100 000 человек — территория, в силу сурового климата, была практически без населения. Не следует забывать и то, что на Среднее Приобье переселялись и поморы (задолго до исторического Ермаковского похода), «державшие» веками «северную ветвь» Великого Шёлкового пути доставки товаров из Китая в Западную Европу[3].

Кержаки в Сибири старались вести замкнутый общинный образ жизни со строгими религиозными правилами и традиционной культурой, ограничивали до минимума,насколько это было возможно в суровом краю, свои контакты с любыми иноверцами — православными или различными язычными. Ситуация существенно изменилась в связи с аграрными реформами в Российской Империи в конце XIX и начала XX века: многочисленные семьи нижегородских и вятских добровольных крестьян переселенцев в Сибирь неожиданно встретили здесь людей со своим говором и традициями и эти социальные группы стали активно смешиваться.

В XIX и XX веках к особенностям обычаев кержаков относили видимый обычай обязательного перекрещивание стакана (кружки), при принятии его из чужих рук: в стакане могли обитать злые духи. Также считалось обязательным после мытья в бане перевернуть тазы — в них также могли поселиться «банные черти». Моноэтничным считают и обычай мыться исключительно до наступления полуночи. Кержаки верят не только в Святую Троицу по православной традиции, но в их религии сохранились домовые, «банные черти», водяные, наяды, лешие и другая нечисть из древнеславянской мифологии.

На Алтае кержаки составляли основу так называемых каменщиков. На Средней Оби (после частичной ассимиляции с вогулами и хантами) — охотники и рыболовы. Те, что селились к северо-востоку от Томска, — кроме охоты в основном занимались лесным собирательством (орех, ягоды, грибы).

Отличались тем, что старались противопоставлять себя более поздним славянским переселенцам в Сибирь и казакам — «расейским» (российским). В XIX и XX веках происходила активная ассимиляция прежде всего с новым русским населением и в XX веке состоялась переидентификация себя в качестве просто «русскими» — из-за общего происхождения и схожести культур и религиозного мировоззрения.

В массовом сознании часто на Средней Оби кержаками называют всех старообрядцев, — в противовес «ми́рским», носителям основного для России православия.

В глухих местах Сибири до сих пор существуют кержацкие заимки, практически не имеющие контактов с внешним миром.

В результате советских преобразований общества (атеизм, раскрестьянивание, массовые сталинские репрессии и высылки в Сибирь больших масс населения страны, индустриализация, время Великой Отечественной войны, освоение в Томской области месторождения нефти и газа во второй половине XX века, научно-техническая революция и др.) большинство современных потомков кержаков утратили древние традиции, причисляют себя к общерусскому этносу: прошла значительная «переплавка в общем котле смешанных этносов».

Тщательное исследование томским учёным А.П. Дульзоном состояния старинных тюркских народов на территории томской Сибири в 1950-х и 1960-х гг. включало в себя и косвенное ислледование других этносов и их говоров Среднего Приобья, его труды являются едва ли самыми глубокими этнографическими системными исследованиями ряда томских этносов.

См. также

Литература

  • Белаш О. Наши предки кержаки [О староверах Болотнинского района, которые когда-то давно жили в Томском уезде] // Интернет-портал «Народная летопись. Новосибирская область». — Болотное, 2018. — 4 июня. — Электронный ресурс: letopisi54.ru.
  • Дмитриев (Седой). Кержаки. Кто они? (Хутора России) // Интернет-портал самостийных русских писателей «Проза.ру». — Москва: «Проза.ру», 2019. — январь. — Электронный ресурс: www.proza.ru.
  • Дульзон А.П. Дневники раскопок курганного могильника на Басандайке // Труды ТГУ, Т.98. — Томск: изд-во Том. ун-та, 1947.
  • Дульзон А.П. Древние смены народов на территории Томской области по данным топонимики // Уч. зап. ТГПИ. — Томск: ТГПИ, 1950. — Т.6.
  • Дульзон А.П. и др. Археологическая карта Томской области. — Томск, 1954.
  • Дульзон А.П. О некоторых древних поселениях человека в пределах Томской области // Уч. зап. ТГПИ. — Томск: ТГПИ, 1954. — Т.12. — С.233—278.
  • Дульзон А.П. Остяцкие могильники XVI и XVII веков у села Молчаново на Оби // Уч. зап. ТГПИ. — Томск, 1955. — Т.13. — С.97-154.
  • Дульзон А.П. Пачангский курганный могильник // Уч. зап. ТГПИ. — Томск: ТГПИ, 1955. — Т.14. — С.230—250.
  • Дульзон А.П. Археологические памятники Томской области. [Материалы к археологической карте среднего Приобья] // Труды Томск.обл.краеведч.музея. — Томск, 1956. — Т.5. — С.89—316.
  • Дульзон А.П. Вопросы этимологического анализа русских топонимов субстратного происхождения. // В.Ж. № 4. — М., 1959. — С. 35—46.
  • Дульзон А.П. Об очередных загадках комплексного изучения древней истории народов Западной Сибири // Некоторые вопросы древней истории Западной Сибири (серия «Изучай свой край»). — Томск: изд. ТОКМ, 1959. — С.3—7.
  • Дульзон А.П. Этнический состав древнего населения Западной Сибири по данным топонимики //Материалы XXV Международного конгресса востоковедов. — М., 1960.
  • Дульзон А.П. Аффиксация как метод выражения грамматических значений. — Томск, 1962.
  • Дульзон А.П. Топонимы средней Сибири // «Известия СО АН СССР. Серия общественных наук». — М., 1965.
  • Дульзон А.П. Устные и письменные формы селькупских топонимов Томской области. // Уч. зап. ТГПИ. — Томск: ТГПИ, 1965. — p. 142—153.
  • Дульзон А.П. Древняя языковая общность в Центральной Азии // Труды ТГУ. — Томск: ТГУ, 1968. — Т.197.
  • Дульзон А.П. Опыт этнической привязки топонимов субстратного происхождения // Уч. зап. Томского гос.университета. — Томск: ТГУ, 1969. — № 75.
  • Дульзон А.П. Установление архетипа фонем по межъязыковым рядам альтернаций // Советская тюркология. — М., 1973. — № 5. — С.93—104.
  • Любимова Г.В. Природа в религиозных воззрениях сельского населения Сибири. Народное православие. Старообрядчество. Новые религиозные движения и культы (XX — начало XXI веков). — Saarbrücken, Deutschland: LAP Lambert Academic Publishing, 2011. — 156 с.
  • Мишагин Е.И. Кержак [роман]. — Москва: Издательство «ИТРК», 2017. — 240 с.
  • Седов А.В. Кержаки. История трёх поколений купцов Бугровых. — Нижний Новгород: Издательство «НОВО», 2005. — 216 с.
  • Е. Турова[4] Кержаки [о людях Пермского края]. — Санкт-Петребург: Издательство «Маматов», 2007. — ISBN 5-91076-002-5.
  • Тимофеев А. Кержацкие традиции в селе Больше-Чёрном [О староверах Болотнинского района, которые когда-то давно жили в Томском уезде] // Интернет-портал «Народная летопись. Новосибирская область». — Болотное, 2018. — 29 мая. — Электронный ресурс: летописи54.рф.
  • Фурсова Е.Ф. Анализ типов мужской поясной одежды русских Южной Сибири конца XIX — начала ХХ вв.: к вопросу о западных и восточных компонентах // Вестник Томского государственного университета. История. — Томск: ИД ТГУ, 2016. — № 5 (43)/ — С. 80—84.
  • Фурсова Е.Ф. Культурное многообразие русских сибиряков как результат существования этнографических групп: механизмы сохранения и развития // Контакты и взаимодействие культур. XI Конгресс антропологов и этнологов России 2015 года. — Москва; Екатеринбург: ИЭА РАН, ИИиА УрО РАН, 2015. — С. 146.
  • Фурсова Е.Ф. Причины и механизмы сохранения культурного многообразия русских сибиряков // Этнография Алтая и сопредельных территорий (журнал). Выпуск 9. — Барнаул: АлтГПУ, 2015. — С. 165—168.
  • Фурсова Е.Ф. Проблемы типологии этнографических, конфессиональных, локальных групп славянских переселенцев Сибири: мультидисциплинарный подход // Гуманитарные науки в Сибири (журнал). — Новосибирск: Издательства СО РАН, 2015. — Том 22. — № 2. — С. 100—104.
  • Фурсова Е.Ф. Белорусские москали или сибирские кержаки: кто они? // Сибирь в панораме тысячелетий: Материалы международного симпозиума. — Новосибирск, 1998. — Том 2. — С. 494—501.
  • Фурсова Е.Ф. Византийские туники «латиклавиа» как традиционная одежда русских старообрядцев // Славяне и их соседи [сб. статей]. — Москва: Издательство «Наука», 1998. — С. 138—142.
  • Фурсова Е.Ф. Восточные славяне в Западной Сибири: создание этноэкологических систем развития // Музей и общество на пороге XXI в.: Материалы Всероссийской научной конференции. — Омск, 1998. — С. 46—48.
  • Фурсова Е.Ф. Общее и особенное в культуре старообрядцев р. Керженец Нижегородской губернии и мигрантов-«кержаков» Приобья // Новейшие археологические и этнографические открытия в Сибири: Материалы IV Годовой итоговой сессии Института археологии и этнографии СО РАН. — Новосибирск: Издательство СО РАН, 1996. — С. 232—235.

Видеоматериалы


Примечания

  1. Протоиерей Никола об алтайском старообрядчестве: откуда пришли старообрядцы, староверы, кержаки на Алтай? Алтайский старообрядец.
  2. Северные народы (кроме чукчей—алеутов), по Гумилёву, расселялись на арктических пространствах Сибири в период не ранее ок.700 лет назад, в основном их переселение произошло ок. 500—400 лет назад. Многочисленные народы и племена сибирских татар (самый массовый, среди прочих, этнос в XVI—XVII веках), вместе с волнами глобального переселения из Великой Монголии, пришли на Енисейско-Иртышские просторы ок. 600—400 лет назад, постепенно вытесняя отсюда кочевые племена «чёрных енисейских киргизов», которые, в свою очередь, заняли пространства Причулымья вытеснением прежних сарамато-скифских народов — «кулайцев».
  3. Путь от Китая, через современную Кяхту, Прибайкалье и Ангару, с выходом далее на Обь и Северным морским путём (или дорогами через Севереный Урал и Вятку) — до Архангельска
  4. Е. Турова — литературный псевдоним Валентины Ивановны Овчинниковой.

Ссылки