Если вы заметили ошибку, опечатку, или можете дополнить статью — правьте смело! Сначала необходимо зарегистрироваться (быстро и бесплатно). Затем нажмите кнопку «править» в верхней части страницы и внесите изменения. О том, как загружать иллюстрации, создавать новые статьи и о многом другом можно прочитать в справке.

Александр Петрович Кайгородов

Материал из Товики — томской вики
Перейти к: навигация, поиск
Герой Первой Мировой войны, полный Георгиевский кавалер,
Александр Петрович Кайгородов
Тифлис, 1917 год
Полный кавалер креста Святого Георгия — ордена солдатской славы
I, II, III и IV степеней.
Россия XIX и начала XX веков

Алекса́ндр Петро́вич Кайгоро́дов (1887, Абай, Уймонская инородническая управа (Уймонский аймак), Катандинская волость[1][2], Бийский уезд, Томская губерния, Российская Империя — 16 апреля 1922, Катанда, Алтайская губерния, Советская Россия) — российский герой Первой Мировой войны — полный кавалер солдатского Креста Святого Георгия за личные подвиги; в Гражданскую войнуказачий атаман, военный деятель народного движения народов Алтая, участник Белого движения и руководитель Алтайской белопартизанской армии.


Принимал участие в боевых действиях против красных частей на Алтае, в Прииртышье и Монголии. На завершающем этапе Гражданской войны, в 1920—1921 годах, отряды атамана Кайгородова дислоцированные на территории Богдо-ханской Монголии, отбили у бело-китайских агрессоров западно-монгольский город Кобдо/Ховд. Летом и осенью 1921 года белопартизанская армия А.П. Кайгородова предпринимала попытки «похода на Русь» — война против вооружённых сил Советской России на территории Горного Алтая за трудовое крестьянство и автономию ойротов Горного Алтая.

Биография

Точная дата рождения Александра Кайгородова ныне не установлена, известно лишь, что он 1887 года рождения. Родился в селе Абай Бийского уезда Томской губернии в семье русского казака, крестьянина-переселенца и алтайки(теленгитки). Историк К. Носков описывал его как «наполовину русского, наполовину инородца алтайской крови»[3].

В 1897 году Александр Кайгородов закончил начальную четырёхлетнюю школу в селе Сок-Ярык[4]. В 1905 году закончил восьмилетнюю гимназию в городе Бийске. В следующие годы занимался хлебопашеством, работал учителем в начальной школе села Сок-Ярык и учителем словесности в селе Онгудай[5], служил таможенным стражником в селе Кош-Агач[6]. По свидетельству односельчан, был высоким, сильным, «трудолюбивым и умным парнем»[7].

В 1908 году поступил на военную службу в казачью часть Усть-Каменогорска (Семипалатинская область, Казачия Орда / Казак-стан).

В 1911 году произведён в звание зауряд-хорунжего. В том же году женился на Александре Дорошенко. В 1912 году у Кайгородовых родился сын Пётр.

Когда в 1914 году началась Первая Мировая война, казак А.П. Кайгородов был призван на фронт в Действующую армию.

Участвовал в боевых действиях против османско-турецких войск на Кавказском фронте.

За «проявленные смелость и отвагу» к 1917 году он стал полным кавалером ордена солдатского Креста Святого Георгия — стал настоящим героем Державы.

По статуту ордена был привилегирован присвоением унтер-офицерского чина. В этом же году Кайгородов окончил 1-ю Тифлисскую школу прапорщиков пехоты Русской Армии. Завершение учёбы произошло уже после Февральской революции[8]. Вновь был направлен на фронт, где осенью раненым попал в плен, находился в концлагере кайзеровских войск для солдат Русской Армии. При заключении советским правительством большевиков Брестского мира (после Октябрьской революции 1917 года), русские военнопленные были освобождены и пропущены по территории России как демобилизованные новой властью к своим семьям. Вернулся в свой родной Горный Алтай, который уже относился к образованной ещё летом 1917 года Алтайской губернии, более того, здесь была объявлена своя автономия: со времён Временного правительства (лето 1917) действовала Ойротская дума, при которой была создана Ойротская думская армия, командовать которой было поручено А.П. Кайгородову. Впрочем, чёткой государственной принадлежности Ойротская автономия не имела, территория принадлежала Алтайской губернии и приоритет был у губернских властей. Совдеп Алтайской губернии селения Горного Алтая практически не контролировал. Власть совдепов в Сибири пала в июне 1918 года, после чего бывших офицеров-фронтовиков призвали мобилизоваться для создания формирований антибольшевистской Сибирской армии. Поначалу казачий офицер А.П. Кайгородов уклонился от вхождения в новые вооружённые силы Сибири. Тем не менее в августе 1918 года русско-инородческий горноалтайский отряд А. Кайгородова, в составе отряда казачьего войскового старшины В.И. Волкова, принимал участие в уничтожении красного партизанского отряда П.Ф. Сухова. После окончательного разгрома суховцев под селом Тюнгур и пленения выживших партизан, ходатайствовал об отмене расстрела, героя-фронтовика Первой Мировой войны Ивана Ивановича Долгих, знакомого ему по Кавказскому фронту. Именно И.И. Долгих станет впоследствии палачём для А.П. Кайгородова — весной 1922 года…

Некоторое время отряд А.П. Кайгородова, сформированный из русских крестьянствующих казаков Алтая и алтайцев-ойротов, существовал как территориальная милиция ряда селений Горного Алтая.

В конце ноября 1918 года власть в восточной Белой России сконцентрировалась в руках Верховного Правителя Русской Державы адмирала А.В. Колчака. На подконтрольных территориях была организована массовая мобилизация в Сибирские армии. А.П. Кайгородов, как офицер-фронтовик, также был мобилизован в регулярные вооружённые силы и даже состоял в личном конвое Колчака. Однако уже в декабре того же года был уволен из армии — за разговоры о необходимости «самостийного» государственного устройства и формирования «территориально-национальных армий», имея ввиду Ойротскую алтайскую автономию[9].

После разжалования А. Кайгородов в Омске обратился к властям с повинной. Он сумел убедить походного атамана казачьих войск А.И. Дутова дать ему разрешение на формирование на Алтае инородческих полков и приведение алтайцев в казачье сословие. С полученным разрешением вернулся на родину и взялся за создание новых частей. Его популярность и авторитет при этом среди местного населения (казаки-крестьяне и ойроты) начала бурно возрастать[8], с одновременным ростом к нему ненависти со стороны просоветски настроенных слоёв бедняков и самостийных крестьян.

В течении 1919 года Александр Кайгородов находился со своим отрядом преимущественно в Бийском уезде, лишь единожды выходил в поход на запад для участия небольших боях с красными в южном Прииртышье Семипалатинской казачьей области. В ноябре колчаковские армии начали терпеть поражение за поражением на Урале и начаналось беспорядочное отступление Сибирских армий на восток, приходя в упадок.

Командующий войсками Карокорумского автономного уезда (автономный Горный Алтай) капитан Д.В. Сатунин[10] приблизил А.П. Кайгородова к себе, особым приказом восстановил его в офицерском чине прапорщика Русской армии, а позже произвёл его в штабс-капитаны с переименованием в подъесаулы по иррегулярной кавалерии Алтая.

После разгрома алтайских колчаковских войск частями наступающей 5-й Красной армии (а также началом активных действий алтайских армий красных партизан) в феврале 1920 года, началом отступления на восток оставшихся сил белых из района Усть-Каменогорска (они уходили в горы восточной части Алтая), а также после смерти Д.В. Сатунина 4 января 1920 года, Александр Кайгородов занял его пост, — возглавил войска Горно-Алтайской области, а также сводный Русско-инородческий алтайский отряд. В условиях удручающих поражений белых в Ново-Николаевске, Барнауле и Бийске, среди офицеров отряда преобладало мнение о необходимости уходить через границу на восток — по Чуйскому тракту в сопредельную Монголию и далее в Китай. Однако китайские войска стали делать попытки оккупации западных частей Монголии и выхода к семипалатинским границам России. Значительная часть инородцев была же намерена оставаться в родных местах и перейти в состояние белопартизанских отрядов, которые воевали бы против новой советской власти на Алтае. Как и ранее Д.В. Сатунин, атаман А.П. Кайгородов решил принять срединное решение: отряд дислоцировался на Чуйском тракте на приграничных с Монголией территориях. При этом на прилегающей монгольской территории не было какого-либо чёткого государственного порядка и органов власти, отряды А. Кайгородова выдвинулись сюда для отдыха вне опасности атак от вооружённых групп красных.

К началу 1921 года есаул, атаман А. Кайгородов с небольшим отрядом осел за границей в местности Оралго по реке Кобдо, в месте русских крестьянских заимок Никифорова и Мальцева. Здесь к отряду Кайгородова стали массово присоединились беглецы из нескольких других небольших белогвардейских отрядов, бродивших по юго-восточному Алтаю и Западной Монголии — в том числе отряды Смольянникова, Шишкина, Ванягина и другие. Данное объединение стали называть «Алтайская сечь»[8]. Сечевики веди достаточно праздный образ жизни, изредка атакуя караваны, прогоняемые гурты скота в Советскую Россию: за три таких налёта в распоряжение отряда поступило до 10 000 баранов и порядка 2000 голов крупного скота[8].

В период с 23 февраля по 17 марта 1921 года в Оралго стали прибывать толпы русских, бежащих из города западно-монгольского города Кобдо и его окрестных заимок — начался прокитайского погрома со стороны народности хань при поддержке китайских эмиссаров. Также на территории Западной Монголии сменилась политическая ситуация, некогда воевавший вместе с отрядами генерала Унгерна против красных за власть в Монголии, — после разгрома отряда Унгерна и его смерти срочно переметнулся на сторону своих вчерашних противников, начал террор против всех русских, которые бежали в Монголию от советских армий. Люди — как вооружённые, так и безоружные — шли пешком, ехали на конях и верблюдах под покровительство и защиту белопартизанской армии А.П. Кайгородова. Все они были охотно приняты атаманом. Одного из прибывших в Оралго офицеров, полковника В.Ю. Сокольницкого, он даже поставил во главе своего штаба. Погром в городе Кобдо Кайгородов не только открыто осудил, но и разрешил членам своего отряда атаковывать отныне все китайские торговые караваны, — а в результате в русском войсковом стане Оралго появились чай, мука и прочие товары. 20 марта 1921 года китайский комиссар аннексированного китайцами города Кобдо отправил Кайгородову письмо с требованием остановить «противоречащие международным договорам грабежи». Тот, в свою очередь, ответил ему, что «международные договоры одинаково не давали ему основания надругаться над беззащитными русскими», и в качестве мести за кобдоский погром он, Кайгородов, намерен организовать вооружённый поход на Кобдо. Не став дожидаться, пока войска русских белогвардейцев войдут в город, в ночь на 26 марта китайцы оставили Кобдо и спешно эвакуировались на территорию китайского государства. Через три дня в город торжественным маршем победителя вошёл А.П. Кайгородов с отрядом из 20 своих партизан-соратников. В это время в городе полыхал пожар и продолжались мародёрства, начатые монгольским населением и уголовниками после ухода из города основных масс китайцев. Заняв г. Кобдо, кайгородовцы остановили этот произвол[8].

Кобдо стал новым местом дислокации отряда Кайгородова, который к лету 1921 года был всё ещё мал по своей численности. Он состоял из трёх, неполного состава, кавалерийских сотен, одной пулемётной команды артиллерийского взвода с одной пушкой, полученной от остатков отряда барона Унгерна, и небольшим числом снарядов, не подходящих к пушке по калибру. Помимо штаба, отряд имел свои военные мастерские и небольшое земледельческое хозяйство. При штабе отряда издавалась печатавшаяся на пишущей машинке информационная газета «Наш Вестник»[8].

25 июня 1921 года есаул Александр Кайгородов, мобилизовавший всё имевшееся русское мужское население Кобдоского района, собрал все подконтрольные ему части и объединил их в так называемый «Сводный Русско-Инородческий партизанский отряд войск Горно-Алтайской области», после чего выступил в поход против Советской России[3]. По предположению полковника В.Ю. Сокольницкого в качестве идеологической основы своего движения на территории РСФСР решил использовать лозунги сил сибирского крестьянского восстания «Сибирская Вандея»: «Вся власть народу, долой продналог!», «За Советы без коммунистов!», «Долой коммунистов, да здравствует власть свободного труда!», что должно было привлечь в ряды кайгородовцев широкие крестьянские массы, людей, недовольных большевистской диктатурой.

Вот что писал А.П. Кайгородов в одном из своих многочисленных воззваний: «Братцы, просим вас присоединиться к повстанческим отрядам, которые идут за освобождение народа от ига и насилия большевиков, за собственный труд крестьян, за свободную торговлю, за Учредительное собрание! Призываю Вас, братцы, свергать коммунистическую власть… [Ныне] весь Чуйский тракт занят мною, только в Ине стоит 100 человек советских войск, которые окружены со всех сторон и не сегодня-завтра нам сдадутся. После этого весь народ восстанет против коммунистов, и Советской власти — всё равно не устоять. У меня войск 2000 человек, у Бакича — 15000, которые все идут Чуйским трактом освобождать народ от ига коммунизма…».

За короткое время Кайгородов, действительно, сумел значительно пополнить свои ряды как путём мобилизации (мужчины в возрасте от 20 до 40 лет должны были явиться в штаб «повстанческой армии» с оружием и на лошадях), но и благодаря усиленной агитации. Немалую роль сыграла и сама харизматичная личность Кайгородова[11].

30 июня отряд Кайгородова, расположившись неподалёку от озера Толбо, получил известие о движении вооружённых красных к Улясутаю в восточном направлении и к Улангому — из Урянхайского края (Тува). Это заставило есаула отказаться от запланированного «похода на Русь» и занять оборонительные позиции. К концу июля красные стали периодически наносить удары по белогвардейским заставам Кайгородова, бросать в Кобдоский район разведотряды. Однако противостоящие стороны несколько дней решительных действий не предпринимали: как и отряды Кайгородова, красные старались избежать серьёзного боевого столкновения.

К началу августа 1921 года А.П. Кайгородов принял решение о начале решительных действий. 9 августа между кайгородовцами и русско-монгольским объединённым красноармейским отрядом произошло столкновение у хурэ (ламаистского монастыря) Намир, в котором белые одержали победу, а 20 августа — небольшая стычка у хурэ Байрам. К этому времени отряд Кайгородова пополнился бойцами из белогвардейского отряда Казанцева и, войдя в связь с корпусом генерала А.С. Бакича, начал интенсивное преследование красных. После долгих усилий советско-монгольский отряд в 250 человек во главе с тов. Байкаловым и тов. Хас-Батором был окружён кайгородовцами и 17 сентября заперся в хурэ Саруул-гуна вблизи Толбо-Нуура. В этот самый момент произошла встреча кайгородовцев с частями Бакича[8].

19 сентября состоялось совещание лиц командного состава отрядов генерала Бакича и атамана Кайгородова, по результатам которого был принят план штурма хурэ Саруул-гуна. Согласно плану, в ночь на 21 сентября части двух отрядов должны были произвести решительную атаку со всех сторон на хурэ. Для атаки была образована ударная группа, в которую вошли 300 бойцов из отряда Кайгородова при одной пушке и четырёх пулемётах и 420 бойцов из корпуса Бакича при одной пушке и семи пулемётах. Командование ударной группой было вверено Кайгородову[8]. Части корпуса генерала Бакича подошли к хурэ 20 сентября, после чего окружённые красные начали окапываться. К ночи на 21 сентября эти окопы были доведены до человеческой высоты[8].

В условленное время белые части безостановочно, без единого выстрела, почти вплотную приблизились к вражеским окопам. Несмотря на открытый красными сильный огонь, белые бросились с четырёх сторон на хурэ. Северо-западная половина хурэ и сам монастырь были захвачены налётом. Некоторые красные бежали и укрепились в юго-восточной части монастырских построек. Оставшиеся на позициях красные солдаты — главным образом цирики (бойцы Красной армии МНР) — были заколоты пиками. В это время, однако, на помощь красным с северо-западной стороны подошли другие монгольские цирики — около 20 человек. Незаметно, подкравшись с тыла к наступавшим белым, красноармейцы-монголы стали бросать в них ручные гранаты, вызвав замешательство. Это позволило пришедшим в себя обороняющимся байкаловцам с новой силой вступить в бой и выбить белогвардейцев из занятой ими половины хурэ. Такой поворот обстоятельств заставил белых под пулемётным и ружейным огнём попятиться назад. В этом бою белые понесли значительные потери: многие погибли и пропали без вести, 260 человек получили ранения. В самом хурэ красными было обнаружено около 100 убитых белых, а вблизи него — около 40. Примерно 20 человек из корпуса Бакича попали в плен[8].

Огорчённый неудачей у хурэ Саруул-гуна, Александр Кайгородов вернулся к идее похода на советский Алтай, и 22 сентября его первая, вторая и третья сотни выступили в направлении советского приграничного села Кош-Агача. К ним также присоединились две сотни Народной дивизии из корпуса Бакича. Для нового штурма хурэ Саруул-гуна на месте осталась остальная часть корпуса Бакича и четвёртая часть отряда Кайгородова. После ухода основных сил кайгородовцев нападения на крепость со стороны белых продолжались ещё более месяца, пока на помощь осаждённым красным не подошли крупные советские воинские подкрепления 5-й Красной Армии, присланные из Сибири[8].

25 сентября кайгородовцы перешли русско-монгольскую границу у Ташанты и на следующий день двинулись к селу Кош-Агач[3], где, по полученным ими сведениям, находился отряд красных численностью до 500 человек при 8 пулемётах. На рассвете 27 сентября отряд Кайгородова атаковал село. Однако красные, вопреки ожиданиям кайгородовцев, в это время красноармейцы не спали — местные казахи заранее предупредили их о подходе неприятеля. Как только сотни Кайгородова ворвались в село, красные начали обходное движение с флангов, стремясь окружить врага. На этот раз белым также пришлось отступить, при этом понеся серьёзные потери. Из отряда Кайгородова оказались убитыми и ранеными многие из лучших его офицеров. К 28 сентября отряд отошёл в Киргизскую волость Бийского уезда[8].

Неуспех в бою за Кош-Агач окончательно сломил надежды как кайгородовского отряда, так и самого есаула. В отряде начались смута, совещания, митинги. Большинство офицеров отряда отказалось от дальнейшего похода в Западную Сибирь. Тогда Кайгородов организовал призыв добровольцев для своего похода, но на него откликнулись лишь немногие алтайские инородцы, которые рассчитывали на свою способность скрываться в знакомых районах Горного Алтая. Из офицеров на призыв Кайгородова отозвались всего четыре человека[8].

Вечером 29 сентября бывший отряд Кайгородова распался на несколько частей, которые разошлись в разные стороны и больше никогда не соприкасались друг с другом. Сам Кайгородов с небольшим числом своих сторонников ушёл в Сибирский Алтай, задавшись целью пробраться в родной Архыт — местность, расположенную по реке Катуни. Отколовшиеся от Кайгородова в походе его партизаны вернулись в монгольский Кобдо, где по-прежнему оставался ряд учреждений, созданных при Кайгородове. Командование над ними продолжал осуществлять полковник Сокольницкий[8], который вскоре организовал прорыв в Северный Китай, где отныне было позволено находиться уходящим из Советской России бывшим белогвардейцам.

Почти полгода отряд Кайгородова уходил от разгрома охотившейся на него оперативной группы сил Красной армии, ОГПУ и отрядов «частей особого назначения» (ЧОН). По сообщениям красных …для борьбы с белобандитами-кайгородовцами в октябре 1921 года в Бийском уезде была создана Горно-Алтайская группа войск в составе двух батальонов 185 полка, трёх батальонов 186 полка, трёх эскадронов 58 кавалерийского полка, 201 погранбатальона, сводного батальона ЧОН Алтайской губернии[11]. Как и во всей Сибири после волны крестьянских антисоветских восстаний 1920 и 1921 гг., в Горном Алтае были спешно сформированы карательные части ЧОН, которые комплектовались исключительно коммунистами, а также перепроверенными комсомольцами и бывшими красными партизанами — людьми, на деле доказавшими свою преданность Советской власти. Для успешной борьбы с белобандитами и белопартизанами, 90 процентов Горно-Алтайской организации РКП(б) было мобилизовано в ЧОН по первой очереди призыва. Ещё в середине августа 1921 года был объявлен приказ Горно-Алтайского Уездного комитета РКП(б) и начальника Отряда особого назначения о мобилизации коммунистов на борьбу с бандитизмом. Члены и кандидаты в члены партии большевиков городской парторганизации переводились на военное положение.

Есаул Александр Кайгородов погиб в апреле 1922 года в селе Катанда, при столкновении кайгородовцев с карательным отрядом ЧОН. В этом бою Кайгородов был тяжело ранен, после чего командир чоновцев, некогда спасённый Кайгородовым от смертной казни, комиссар И.И. Долгих, взяв есаула за чуб, отрубил ему голову. Её, окровавленную, насаженную на штык, отправили в штаб, находившийся в селе Алтайское, а впоследствии провезли её в ящике из-под патронов по алтайским деревням и сёлам. За «удачно проведённую операцию по ликвидации белобандитов Кайгородова» руководивший ею командир сводного отряда Долгих был награждён орденом Красного Знамени.

О личности А.П. Кайгородова

Воспоминания как о внешности, так и о характере есаула Кайгородова оставили многие его современники. Особенно часто современники указывали его крайне высокий рост, подмеченный историком К. Носковым, — который охарактеризовал его как «высокого, широкоплечего, с красивым восточного типа лицом»[3]. Это же указывал один из очевидцев, боец-чоновец, участвовавший в захвате раненного Кайгородова, и вспоминавшего, что «ростом он [Кайгородов] был высокий».

К. Носков в своём историографическом произведении «Авантюра, или чёрный для русских белых в Монголии 1921 год», вообще характеризовал А.П. Кайгородова исключительно положительно, отзываясь о нём как о человеке «честном, прямолинейном, храбром», «бескорыстном, заботившемся горячо о своих партизанах» и имевшем «большую популярность среди нижних чинов своего отряда, особенно инородцев». По словам К. Носкова, есаула практически не интересовала политика, а его патриотизм касался не столько России, сколько Алтая. Монархических настроений многих белогвардейских руководителей, как, например, барона Унгерна, он тоже не разделял[3].

Писатель Леонид Юзефович в своём документальном романе «Самодержец пустыни» дал Александру Кайгородову следующее описание: «Простой алтайский казак, грубый, огромной физической силы человек, во хмелю способный прибить любого из своих офицеров, но обладавший врождённым чувством справедливости».

Интересный факт

В весеннем (1922 года), в составе частей Красной армии, походе против формирований А.П. Кайгородова участвовал молодой военврач РККА, ставший с 1926 года военруком ТГУ, доктор Александр Яковлевич Кузнецов — в будущем, в годы Великой Отечественной войны, генерал-майор, начальник санитарно-эпидемиологической службы СССР.

Награды

Литература

  • Денчик С.В., Модоров Н.С. К вопросу о гражданском противостоянии в горном Алтае в 1921—1922 гг. и его участниках // Мир Евразии (журнал). — Горно-Алтайск, 2009. — № 6. — С. 28—30. — Электронный ресурс: e-lib.gasu.ru.
  • Митягина Н. Два лица есаула. — Барнаул, 2014. — 306 с.
  • Носков К. Авантюра, или чёрный для русских белых в Монголии 1921 год. — Харбин, 1929. — 47 с.
  • Серебренников И.И. Гражданская война в России: Великий отход. — М.: «АСТ», 2003. — Электронный ресурс: militera.lib.ru.
  • Торновский М.Г. События в Монголии-Халхе в 1920—1921 гг. Военно-исторический очерк [воспоминания] / М.Г. Торновский; под ред.Л.М. Суриса. — М.; Берлин: «Директ-Медиа», 2016. — 330 с. — ISBN 978-5-4475-8754-3. — Электронный ресурс: books.google.ru. — С. 278.


Примечания

  1. Сначала в «Русской Википедии», а затем в перепечатках из неё стала распространяться ошибочная информация, что он был рождён в Уймонской волости. Однако исторические факты говорят, что укрупнённая Уймонская волость возникла и существовала в период с 1920 по 1924 гг. в составе Алтайской губернии РСФСР. В документах красных место рождения уже относили к новой волости, которой в 1887 году ещё не было.
  2. Ныне — село Абай Усть-Коксинского района Республики Алтай — в ок. 60 км восточнее границы с Восточно-Казахстанской областью Республики Казахстан.
  3. а б в г д Носков К. Авантюра, или чёрный для русских белых в Монголии 1921 год (Харбин, 1929).
  4. Cело Сок-Ярык ныне (после 1960-х) — не существует. Располагалось на одноимённой реке близ Чуйского тракта, в 120 км по прямой восточнее села Абай.
  5. Расположено в 93 км по прямой на северо-восток от села Абай и в 53 км по прямой к северо-северо-западу от села Сок-Ярык.
  6. Расположен в ок. 180 км на восток по Чуйскому тракту от бывшего с. Сок-Ярык, в 70 км от границы России и Монголии.
  7. Денчик С.В., Модоров Н.С. К вопросу о гражданском противостоянии в горном Алтае в 1921—1922 гг. и его участниках (Горно-Алтайск, 2009).
  8. а б в г д е ё ж з и й к л м Серебренников И.И. Гражданская война в России: Великий отход (М., 2003).
  9. Биографии на «Хроносе»: Кайгородов Александр Петрович.
  10. Подробнее: «Алтайская республика штабс-капитана Дмитрия Сатунина».
  11. а б История милиции и полиции Горного Алтая с 1917 года. / Сайт Министерства внутренних дел по Республике Алтай.
  12. Награждён: Кайгородов Александр Петрович, младший унтер-офицер команды связи 74-го пехотного Ставропольского полка, Кавказский фронт. За то, что в бою с 15 на 16.08.1915 у села Бубново, вынес раненого офицера из сферы огня, чем спас ему жизнь (Патрикеев С.Б. Сводные списки кавалеров Георгиевского креста 1914—1922 годов).
  13. [«Императорская книга кавалеров Георгиевского Креста»].

Ссылки